Турецкое общество и внешняя политика – друзья и враги, ценности и ожидания

23 августа 2021, 14:30

Общественное мнение и внешняя политика – теоретическое введение

Вопрос того, в какой мере государственная политика определяется общественными устремлениями, а в какой – навязана со стороны элиты, является открытым. Умозрительно это выглядит как баланс спроса и предложения, где важны оба компонента, часто возникает соблазн представить ситуацию именно так. Однако в данном случае, как и почти всегда, такой подход не оправдан и является очевидным упрощением.

Во-первых, если в случае баланса спроса-предложения в экономической плоскости мы говорим об индивидуальном выборе, где предпочтение индивида имеет большое значение, то в случае выбора внешней политики мы имеем дело с коллективным выбором, а там мнение индивида – напротив, почти не имеет значения, взамен большое значение имеют организованные группы, наиболее мощной из которых выступает государственная власть, устроенная иерархично, постоянно мобилизованная (работа по расписанию и более того), оплачивающая лояльность и выполнение приказов и, как следствие, находящаяся в состоянии реализовать свою волю; более того – способная подавить сопротивление и волю других игроков, реализующих другую позицию.

Во-вторых, в случае частного выбора на рынке мы чаще всего имеем дело с ситуацией, где не требуются специальные знания, тогда как в случае внешней политики как раз речь идет о ситуации, требующей специальных знаний, которыми не владеет подавляющее большинство населения, включая как теоретические, так и практические знания, включая информацию, добытую специальными службами, а здесь знания общества и вовсе сводятся к нулю. Уже взяв в расчет эту диспропорцию, можно обсуждать решения во внешней политике, принимаемые властью.

В-третьих, важное значение имеет ценностный выбор (который в свою очередь может быть или не быть оформлен в стратегическую линию, принятую к реализации). Дополнительная информация может влиять на характер действий в текущей ситуации, способ реализации политики, но не на направление политики. В конечном счете, стратегическая линия все равно будет реализована в том или ином виде, а ценности и подходы, заложенные в нее, в любом случае будут оказывать влияние на ее реализацию. Поскольку государственные структуры реализуют внешнюю политику, и планирует ее власть, то именно ценностные подходы в этих кругах будут иметь решающее значение, в особенности, подходы первого лица и его окружения.

***

Означает ли это все, что общество никак не влияет на внешнюю политику? Нет, не означает, хотя перед нами стоит задача определения характера этого влияния.

В любом случае, проводимая властью внешнеполитическая линия, будет раскалывать общество на части, где какая-то часть общества по ряду причин будет считать данную политику адекватной, а какая-то часть будет поддерживать ее альтернативы. Но будучи проводимой властью, как правило, эта линия обретет сравнительно большую популярность, чем это было бы без ее участия.

Разумеется, как и на рынке, большое значение имеет позиционирование предложения и, по сути, способность власти «продать» свое предложение обществу. Тут многое зависит от эффективности государственной пропаганды. Однако помимо власти, на рынке идей присутствуют и другие игроки – внутренние и внешние. По мере развития технологий коммуникации и глобализации, роль внешних игроков растет и оказывает растущее влияние на игроков внутренних, в тому же стоит учитывать, что если внешние игроки чем-то и озабочены, то в первую очередь внешней политикой той или иной страны. В свою роль, сила внутренних игроков зависит от уровня их организационной силы, финансовой состоятельности и независимости от власти и внешних игроков. От этого же зависит и их способность выдвинуть альтернативные концепции внешней политики страны.

Еще одна переменная в этом – ценностные установки самого общества, не оформленного большинства, которое чаще всего аморфно и, по Бурдье, не имеет конкретного мнения. Но тем не менее, на это, зачастую приблизительное представление, влияют социально-демографические и экономические факторы, в частности, уровень урбанизации, рождаемости, культурные взаимосвязи с другими странами, а также уровень занятости, доходов, частота выездов за рубеж и экономических контактов с другими странами (в том числе важно – с какими именно).

В демократических или хотя бы отчасти демократических странах раз в несколько лет проводятся выборы, где население выбирает власть, и там может определиться судьба власти, а также ее внешнеполитической линии. Опросы показывают, что внешнеполитические предпочтения влияют на внутриполитические, но не очень значимо. Например, среди сторонников Кочаряна и Пашиняна в Армении различие по внешнеполитической линии заметно, но лишь на уровне 5-10%, а для большинства их сторонников разница проходит совсем в другом месте. Но успешность внутриполитической линии часто связана и с успешностью внешнеполитической линии и ее адекватностью интересам страны, вернее, тому, как они понимаются населением.

Возвращаясь к Бурдье; поскольку в большинстве случаев население не имеет специальных знаний по внешней политике, чаще всего воспроизводятся наиболее часто услышанные тезисы, в том числе, государственная пропаганда, особенно ее самые актуальные пункты. Таким образом, анализ общественного мнения может быть инструментом анализа внешней политики, как на ценностном уровне, так и анализа наиболее распространенных пропагандистских установок. Интересным может быть и уровень понимания государственной политики (что также иногда отражается в опросах).

Таким образом, связь между общественным мнением и актуальной внешней политикой есть, но опосредованная и сложная, тогда как само общественное мнение отражает как некие общественные процессы, так и установки, задаваемые властью. По мере роста интенсивности коммуникации, особенно интернета, растет влияние неправительственных игроков, а также иностранных игроков. Под влиянием этого, дифференциация между властью и оппозицией по внешней политике начинает расти; они могут начать представлять полярные позиции, предполагая, что обе (несколько?) политических проектов могут быть реализованы на практике.

В законченном виде этот конфликт может выражаться в противостоянии с одной стороны консервативных, националистических, этатистских позиций, с фокусом на национальном суверенитете, с глобалистскими, социал-демократическими, либеральными и общечеловеческими позициями. И, хотя первые могут использовать риторику прав человека в отдельных случаях, а вторые – в отдельных случаях обращаться к национальному суверенитету, но во всех принципиальных вопросах, там, где эти позиции могут входить в противоречие, они будут выбирать ту позицию, которая для них является наиболее приоритетной. Для обычного избирателя зачастую разницы между такими субъектами нет, поскольку значительная часть их риторики может совпадать, но политически грамотные избиратели будут обращать внимание на различия и ключевые приоритеты, которые в конечном счете и будут реализовываться. В определенной степени такое различие есть и в Турции, хотя и со своей спецификой (в той или иной степени националистическими партиями являются все, кроме партии меньшинств HDP).

Летом 2021 года в Турции был проведен очередной опрос по внешнеполитическим предпочтениям, идеологическому мировоззрению и ожиданиям развития внешнеполитической ситуации на будущее. Как мне кажется, эти результаты интересны и важны не только для Турции. Представлю часть результатов опроса. Заранее стоит указать, что опрос репрезентативный, проведен на всей территории Турции, опрошено 1000 человек, что достаточно для оценки общих закономерностей, но может быть недостаточно для оценки некоторых деталей, партийных предпочтений, предпочтений по уровню образования и так далее. Научным руководителем опроса был небезызвестный Мустафа Айдын.  

 

Общественное мнение в Турции – идеологический сдвиг

В целом, по состоянию на 2021 год, большинство в Турции является правым – к таковым можно отнести 68% (сумма консерваторов, исламистов, националистов и республиканцев-кемалистов), левыми можно назвать 19% (сумма социал-демократов, левых националистов, просто социалистов), 7.3% назвали себя аполитичными, и остальные не высказали своей позиции или относятся к маргинальным социальным группам. В 2020 году соотношение правых-левых было 75.6% / 17.3%, в 2019 году 79.4% / 15.7%. В последние годы медленно растет число левых и аполитичных, и падает число правых. Если же взглянуть в прошлое, то можно увидеть, что в целом эти соотношения были стабильными, а национально-консервативная платформа – это та платформа, на которой держится Эрдоган; дискредитация Эрдогана ослабляет саму правую платформу, а ослабление платформы сужает маневр для Эрдогана. К правому электорату относилось и 76.3% поданных голосов на парламентских выборах 2018 года (AKP, CHP, MHP), тогда как к умеренным и левым – 21.7% (IYI и HDP). Именно тогда правая идея достигла пика популярности, после чего начала ее медленно уступать. Выразим трансформацию политических взглядов турецкого населения за последние годы на графике.

График 1. Динамика идеологических предпочтений населения Турции, 2012-2021

Самым характерным трендом является резкий спад исламистских и консервативных убеждений на фоне пандемии – и вообще в последние годы: если в 2012-5 гг. доля таких избирателей была стабильной и колебалась в районе 35-40%, то по мере роста репрессивности режима и роста идеологического давления (парк Гези, операция против курдов в 2015 году и подавление военного путча и последующие репрессии в 2016-7 гг.), доля людей, относящих себя к сторонникам политического ислама, выросла с 14.7% в 2015 году до 30.9% в 2018. Но повинуясь эффекту маятника, а также вследствие экономического кризиса в Турции и вообще кризиса модели, начался откат. См. также: «Идеальный шторм» турецкой экономики (11 августа 2018). Примечательно, что Эрдоган «замкнул» традиционализм и консерватизм на политический ислам, что уже, в значительной мере, является отходом от традиции, таким образом, ставя их себе на службу, но в то же время, подвергая риску провала весь спектр этих идеологических воззрений. Число их сторонников снизилось с 47.4% на пике в 2017 году до 27.0% в 2021 году (самое низкое за 10 лет). Помимо перечисленного, на мировоззрение турок свое влияние оказали и последствия агрессии против Армении и Арцаха, как мы увидим ниже.

Население опросили и относительно того, за кого избиратели голосовали на парламентских выборах 2018 года. Что интересно, в опросах трех последних лет, отклонения опросных от официальных результатов минимальны и находятся в пределах стат.погрешности. К примеру, если на выборах АКР (партия Эрдогана) получила 42.6%, то по опросу 2019 года это 42.1%, а 2021 года – 42.7%. Столь же незначительные отклонения и у других партий. Мы задавали такой вопрос в Армении в 2018 году, уже после «Бархатной революции» и до парламентских выборов 2018 года, и вышло, что за республиканцев голосовало 25.6%, а не 49.2%, как было по официальным результатам или 44.7%, если исключить всех избыточно мобилизованных и финансово стимулированных избирателей. См. также: Предвыборные соцопросы в Грузии и Армении. Как голосовали и как проголосуют избиратели (24 ноября 2018). Сам факт правдивого высказывания собственного мнения в Турции и его сокрытие, искажение и, по сути, ложь, в Армении, примечателен и, скорее всего, может быть объяснен наличием травматичного опыта тоталитаризма в Армении и столетним опытом республиканизма в Турции (почти половина из которого приходится на те или иные демократические формы).

Описывая идеологическую трансформацию, происходящую в Турции, мы должны учитывать, что это, возможно, лишь колебание, и в следующие годы случится откат. Такую вероятность всегда надо учитывать, поскольку любые изменения требуют время на закрепление. Однако есть ряд причин, позволяющих считать, что этот сдвиг все-таки является системным, а не конъюнктурным. Во-первых, это демографические изменения (урбанизация, снижение рождаемости и младенческой смертности в Турции в 2020 году), а во-вторых – формирование новой политической повестки. Уже на данный момент она не является национально-консервативной, а скорее является характерной для общества в трансформации.

График 2. Основные темы, интересующие опрошенных в Турции

Еще один интересный вопрос касается того, какой видят Турцию ее граждане: считают ли они ее относящейся к тому или иному региону, либо некой самостоятельной культурой. Характерно, что в 2021 году был отмечен большой рост числа сторонников идеи, что Турция является европейской страной. По-прежнему, здесь есть риск преувеличения важности колебания, поэтому к этим данным я отношусь скептически, но тем не менее, их надо принять к сведению. Вот как выглядит картина в целом.

Таблица 1. Динамика восприятия автостереотипов гражданами Турции в 2013-2021 гг.: Турция – это страна…

 

2021

2020

2019

2018

2017

2016

2015

2013

Европейская

40.6

21.5

17.6

19.4

32.7

31.8

26.4

24.3

Исламская

…*

22.4

32.9

56.3

39.9

37.5

45.5

37.0

Уникальная культура**

19.8

27.4

28.5

Ближневосточная

17.0

16.1

16.3

18.9

23.0

25.7

20.3

21.6

Средиземноморская

8.5

7.6

2.8

3.3

2.5

2.9

4.0

7.2

Кавказская

7.2

2.7

0.8

0.5

0.4

0.5

0.5

Балканская

3.9

1.0

0.6

0.9

0.4

1.2

1.6

1.0

Черноморская

3.0

1.3

0.5

0.7

1.1

0.4

1.7

1.6

Примечания: * нет данных, возможно, вопрос не задавался; ** в опросе – «Турция – страна с собственными характеристиками»

Здесь мы в еще большей степени видим смещение восприятия, произошедшее в Турции за последние годы. Трактовку этих изменений оставлю тюркологам, специалистам по внутренней и внешней политике, а также социологии Турции, сам же просто фиксирую факт. Если смотреть распределение по партиям за последние три года, то можно увидеть, что восприятие Турции как исламской страны характерно в первую очередь для АКР и в несколько меньшей степени МНР, а восприятие Турции как европейской страны – для СНР. Уникальность Турции находит больше всего сторонников среди избирателей IYI, а избиратели HDP (в основном курды) чаще других считают Турцию ближневосточной страной. На это распределение следует смотреть в масштабе трех лет, поскольку в каждый отдельный год выборка по партиям не столь велика, чтобы давать уверенность в репрезентативности.

 

Автостереотипы Турции – восприятие Турции в глазах самих жителей Турции

Следующий вопрос интересен и как раз таки предоставляет репрезентативную картину. Это опять же касается автостереотипов Турции – по поводу того, является ли Турция свехдержавой, мощной страной или слабой страной. Большинство воспринимает Турцию именно в качестве великой державы, так что турки более чем уверены относительно мощи своей страны. Кстати, это тоже может быть одной из причин, почему происходит сдвиг в сторону лево-либеральной повестки (если уж внешнеполитические цели достигнуты, то может быть лучшее время для того, чтобы заняться вопросами качества жизни и распределения власти/имущества). Данные представлены ниже:

Таблица 2. Оценка роли и важности Турции в глобальной и региональной политике жителями Турции в 2021 году (Турция - …)

 

Согласны

Ни да, ни нет

Не согласны

Сальдо

 

++

+

Всего

-

--

Всего

+ / -

Великая держава

31.2

31.8

63.0

18.4

10.0

8.6

18.6

+44.4

Региональная держава

28.9

28.8

57.7

25.4

10.3

6.6

16.9

+40.8

Влиятельное государство на глобальном уровне

15.0

40.0

55.0

24.5

10.1

10.4

20.5

+34.5

Важная страна в своем окружении

21.4

30.1

51.5

30.0

12.6

5.9

18.5

+33.0

Важный игрок в глобальной политике

24.8

21.8

46.6

31.4

14.2

7.8

22.0

+24.6

Важная страна в мировой политике

22.3

22.7

45.0

34.2

13.5

7.3

20.8

+24.2

Средняя по важности держава

10.2

17.5

27.7

26.7

21.3

24.3

45.6

-17.9

Небольшая сила

8.5

9.3

17.8

22.1

25.2

34.9

60.1

-42.3

Слабая страна

8.1

8.7

16.8

21.2

24.1

37.9

62.0

-45.2

 

В подтверждение тезиса о том, что именно успешность (или ее восприятие) сдвигают внутри- и внешнеполитическую повестку в сторону от национально-консервативного направления, можно привести ответы на следующий вопрос – считаете ли вы успешной внешнюю политику президентской администрации – сейчас таковых 44.7% против 38.1% в 2020 году и 29.7% - в 2019 году. И это несмотря на то, что рейтинг самого Эрдогана падает, так что многие жители Турции по возможности честно, экспертно (в рамках своего понимания) оценили происходящее, а не только субъективно с позиции нравится/не нравится. Число же тех, кто считает эту политику неуспешной – снижалось с 38.8% в 2019 году до 32.0% в 2020 и 18.7% в 2021 году. Очевидно, ключевым успехом они считают войну против Армении и Арцаха, оккупацию большей части Арцаха Азербайджаном при поддержке и организационной роли Турции. Именно поэтому, еще летом 2020 года эти оценки были куда более скептичными. См. также: Турецкая война против Армении. Детали (28 октября 2020).

График 3. Оценка успешности внешней политики офиса президента

Самый большой прирост оценки «успешности» произошел именно за последний год, хотя 2017 год, когда Эрдоган смог раздавить своих оппонентов в армии, СМИ и университетах, а также, добиться фиксации своего присутствия в Сирии, тоже был значительный прирост. Естественно, именно среди сторонников Эрдогана наибольшее число полагающих, что политика успешна (сальдо 44.5%), а наиболее скептически эти успехи оценивают курды / избиратели HDP (сальдо -9.8%).

Изменяется и внешнеполитическая повестка. Вопросы, еще три года назад занимавшие большинство населения, теряют актуальность, актуализируются новые проблемы. Принципиально расклад не изменился, но в деталях изменения заметны – и в ближайшие годы эти количественные изменения приобретут качественный характер.

Таблица 3. «С какими внешнеполитическими проблемами Турция столкнется в ближайшие десять лет?»

 

2021

2020

2019

Изменение 2021-2019

Международный терроризм

36.3

46.6

60.0

-23.7

Глобальный финансовый/экономический кризис

36.1

40.4

42.1

-6.0

Вооруженные конфликты на Ближнем Востоке

29.6

30.4

45.8

-16.2

Война в Сирии

28.6

46.1

51.4

-22.8

Американский интервенционизм (вмешательство)

23.0

Проблемы кибербезопасности

21.2

15.1

11.6

+9.6

Глобальное изменение климата

19.5

21.6

14.4

+5.1

Рост мощи России

19.0

13.7

9.5

+9.5

Рост мощи Китая

16.2

14.9

6.3

+9.9

 

 В ответ на эти вызовы, согласно опросу, предлагается: укрепить политические отношения с другими странами – 41.9%, укрепить дипломатические отношения – 34.6%, улучшить экономические взаимосвязи – 32.2%, посредничать между другими странами – 29.6%, отправлять внешнюю экономическую помощь – 29.3%, использовать экономические санкции – 29.1%, улучшить дружбу со всеми странами – 26.5%, использовать военную силу или угрожать ею – 17.0%.

 

Восприятие других стран

Среди всех стран, в 2021 году лишь три страны в целом воспринимаются положительно в качестве друзей Турции (в 2020 году таковых было 2, в 2019 - 6), по большинству из остальных восприятие скорее негативное. Причем среди «друзей» Турции всегда упоминается непризнанная Турецкая Республика Северного Кипра, турецкое прокси, созданное Турцией в результате военной интервенции против Кипра в 1974 году, и две трети населения которой составляют турки – переселенцы с Малой Азии. Если же учесть, что первое место стабильно занимает Азербайджан, в отношении которого турецкие и азербайджанские власти регулярно употребляют выражение «один народ – два государства», то получается, что и здесь речь не идет о внешнем партнерстве. Таким образом, с друзьями у Турции негусто.

График 4. Оценка стран как «друзей Турции»*

*Примечания: красным цветом отмечены страны, относительно которых жители Турции согласились, что эти страны являются дружественными, а синим – по которым не согласились. Нейтральные ответы и неопределившиеся не включены в график, но могут быть определены по остаточной доле от 100%.

Также стоит взглянуть на список врагов Турции, квалифицированных здесь как «страны, представляющие угрозу Турции».

График 5. Оценка стран как «угроз для Турции»*

*Примечания: вопрос задавался в следующем виде – считаете ли вы, что перечисленные страны представляют угрозу для Турции? синим цветом отмечены страны, относительно которых жители Турции согласились, что эти страны представляют угрозу, а красным – по которым не согласились. Республика Кипр (признанная, не путать с ТРСК), в опросе отмечена как «Южный Кипр». Нейтральные ответы и неопределившиеся не включены в график, но могут быть определены по остаточной доле от 100%.

Армения заняла третье место как наиболее угрожающая Турции страна, но 32% не считают Армению угрозой (значительная их часть – курды). Впрочем, в прошлые годы восприятие Армении как угрозы было значительно выше. В 2019 году 61.2% опрошенных считали Армению угрозой для Турции и 23% не считали, а в 2020 году (до 44-дневной войны) соотношение было 58.6% на 22.5%. Так что можно считать «армянскую угрозу» нейтрализованной. При этом, это пока что не конвертировалось в ожидаемый рост влияния в Азербайджане, поэтому отношение к Азербайджану тоже ухудшилось. Если в 2019-20 гг. 65.3% считали Азербайджан другом и 28.2-24.6% не соглашались с этим, то в 2021 году другом Азербайджан считают 56.6%, а не согласны с этим 22.2%, с заметным ростом числа неопределившихся. Как представляется, именно агрессия против Армении и Арцаха изменила восприятие внешней политики Турции: армянская угроза нейтрализована, а удовлетворение не наступило. В целом негативность восприятия других стран снизилась, восприятие ряда стран как угрожающих сошло на нет, например, это касается Сирии, России и Китая, а также в значительной мере Великобритании и Израиля.

К 2021 году резко вырос интерес Турции к внешнему миру, взамен упал интерес к пантюркизму, хотя все эти колебания могут откатиться в будущем. За последние годы картина выглядит следующим образом.

График 6. Динамика восприятия того, с какими странами (группами стран) необходимо сотрудничать во внешней политике, 2013-21

Характерно, что в последние годы резко вырос интерес к сотрудничеству с США (на 30% за 3 года), к Китаю (на 18%), к европейским странам (на 16%) и Великобритании в частности (на 14%), а также России (14.6%), в то же время число людей, считающих, что Турция должна проводить внешнюю политику без того, чтобы как-то кооперироваться с другими странами, заметно сократилось, хотя к 2013 году это была доминирующая точка зрения. Можно предположить, что в Турции есть некоторая усталость от пантюркизма и панисламизма Эрдогана и желание выйти из внешнеполитической изоляции, снизить уровень конфликтности во внешней политике. Это умозрительный вывод, который потребует дальнейшей проверки. Примечательно и то, что восприятие Ирана как враждебной страны резко снизилось в 2021 году.

***

В опросе затронуто множество проблем – от членства в ЕС, отношений с Россией и до политики в отношении Асада и уйгуров, а также Стамбульской конвенции, отношений в рамках НАТО и урегулирования проблемы Кипра. Но общее впечатление от внешнеполитической ситуации уже можно было получить, а обсуждение менее существенных деталей выходит за рамки нашего предмета рассмотрения. Поэтому, если кого-то интересуют все эти вопросы, можно рассмотреть в деталях результаты опроса по турецкой внешней политике за 2019, 2020 и 2021 годы.

 

 

Грант Микаелян

23.02.2022 в 16:34Vladimir Petrov
  Понятно, что дорого. Это нормально.
23.08.2021 в 17:19Athanatos
Слушайте, товарищ закомплексованный. А где я сравнивал Турцию с Арменией?
23.08.2021 в 15:37антип
Короче, колбасит турок. Не знают кто они, где они, зачем они? Как в старом анекдоте, о мужике, который, после пьянки пытался вспомнить любимые цветы жены: «Хочу ли -я? Смогу ли я? Говно ли я? А-а-а, вспомнил! Магнолия!»
24.08.2021 в 12:32daron
Мде
23.08.2021 в 18:09hilma
https://www.youtube.com/watch?v=Ai5GLYbmeDs
23.08.2021 в 17:28hilma
Эээээ, дрюг, где там сравнение? Аналитическая статья. Стоило бы поблагодарить автора за материал о "братьях". [...]


[Комментарий отредактирован модератором интернет-СМИ "Кавказский Узел"] 

23.08.2021 в 16:45stephani
Турция это страна с которой вообще нельзя  сравнить Армению...как можно сравнить маленькую нищию Армению с Турцией?) 

Такие вот товарищи армяне, советники Горбачёва, точно такими жи анализами и советами довели СССР до краха...

23.08.2021 в 17:00jolene
В статье же не сравнивается экономический или военный потенциал двух стран. Сравниваются вопросы, которые можно сопоставлять между любыми странами, хоть Турцию и Габон. А вот с антипом, редкий случай, когда я согласен, колбасит ваших братьев.
23.08.2021 в 17:51hilma
Ахахах...пиши исчо
23.08.2021 в 17:38hilma
Турция, это переродок Византии. Турки это потомки жителей Византии, принявшие Ислам и перешедшие в общении на тюркский язык. Поэтому, где-то внутри они европейцы, но...снаружи они азиаты. Поэтому там демократия-шмемократия.
23.08.2021 в 18:31tomoko_jast
Грант внимательно прочитай что я написал внизу про восточных левых и правых и пойми куда относится Эрдоган . 
23.08.2021 в 19:44hilma
А слово "вставил" уместно тогда произносить в адрес азербайджанцев. Немногочисленные тюрки так вставили предкам азербайджанцев, что те напрочь отказались от своего языка, своих предков и сейчас навязываются казахам и туркменам,  бьются головой перед якутами, пытаясь доказать общее происхождение)))
23.08.2021 в 18:57emery
Сочи, а кто тогда в 1453 году Восточной Римской империе и проживающих там армянам вставил? Сами византийцы чтоли? До сих пор от боли вас поносит.
23.08.2021 в 18:47emery
Скорее всего предпоследний ты, антип. Кстати и Сочи тоже.
23.08.2021 в 18:29tomoko_jast
От хуррамида. Высший разум обращает внимание на слова автора что между сторонниками пашиняна и Кочаряна разница в 10%. Мы на выборах видели на сколько там есть разница и итоги выборов опровергают утверждение автора . Втарое глупо считать эрдогана правым . Это показатель не понимание востока автором . На востоке если человек говорит про исламские ценности, борьбу с империализмом и про национальное величие а так же про справедливость то он восточный левак а не представител правых. Именно эти слова и есть лозунги эрдогана. Вспомните партию Баас . Восточные правые говорят обычно про модернизацию , интегрирование в запад и об интернационале ,реформы , борьба с коррупцией и ТД в таком тоне . Как видете восточный правый очень похож на западеого социал демократа . Но уж так тут заведено
23.08.2021 в 21:16Игорь Сажин
Получается, что национализм спасает Турцию от религиозного фанатизма и помогает Турции остаться светской страной? 
24.08.2021 в 12:01thomas
То же самое мы вам сделали ,Сочи джан, когда бежали в женской одежде😂
23.08.2021 в 17:42Emil Memmedov
Грант  только  честно  скажи  Ты  сам  то  понял  о  чем  написал?  Нельзя  сравнивать 86  миллионную  Турцию  с 3 миллионной  нищей   Арменией  Поэтому  и  не  сравниваешь  Турция  и  Азербайджан  ещё  долго  будут  колить  глаза   Армении  С  Тюрками  надо  дружить   а  не  враждавать   Мы  ценим  друзей  но  не  щадим   своих  врагов   Многовековая   История   это  доказала! 
24.08.2021 в 15:24tomoko_jast
Да националисты они светские и так же прозападные за рыночную экономику . Левые же они релмгиозны против запада и против рынка , хотят гос плана по мусульмански .
25.08.2021 в 09:51Игорь Сажин
Получается что религиозность - это не про духовность, а про другой подход к мироустройству, другой подход к социальной стратификации, к другой форме эксплуатации человека человеком? 
25.08.2021 в 18:34Dayday
Совершенно верно. Та же партия Эрдогана в социально-культурных вопросах право-консервативная, а в экономических с явным левым уклоном. 
25.08.2021 в 18:37Dayday
Смотря, что считать религиозным фанатизмом. Не так давно в турецких государственных университетах и учреждениях запрещалось носить хиджаб. Не светский ли это фанатизм? 
23.08.2021 в 19:04tomoko_jast
Проста он сам не может определит что в Турции левое а что правое . На востоке не так как в Европе . Тут свои тонкости . У нас же тот же самый ПНФА - считается самым права националистической партией и критикует большевиков , однако у них лозунги все как у левых а лидер цитирует Ленина . Тоже самое и в турции . Грубо говоря то что в Европе считается левой партией на востоке это правое то что считается на западе правой партией на востоке это леваки.
25.08.2021 в 22:55Игорь Сажин
Религиозный фанатизм ни чем не отличается от атеистического фанатизма и он угрожает, прежде всего, здоровью и жизни людей не согласных с фанатиком. Запрет на прикрытие лица от индентификации - это вообще забота о безопасности. 
25.08.2021 в 23:37Dayday
Имеется в виду не закрытие лица (это никаб), а хиджаб - платок на голову.
26.08.2021 в 10:34Игорь Сажин
Понял. Но запрет косынок у девушек, это идиотизм, а не фанатизм. 
31.08.2021 в 09:12Athanatos

В Турции это так. Другой вопрос, а что есть ценность в этом аспекте? Турецкий национализм это фашизм в самом чистом виде. Его реализовывали и создавали младотурки сто лет назад, осуществляя Геноцид армян, а потом турецкий национализм встал на службу американцев и внешне стал выглядеть как бы благопристойно, но и во время Второй мировой войны, турецкие националисты, которые были у власти, продолжали поддерживать хорошие отношения с нацистами и рассматривали возможность нападения на СССР (на Кавказ и Армению в первую очередь), в случае если Гитлер выиграет Сталинградскую битву. И с тех пор они не менялись. Так что да - или фашизм, или фундаментализм, и второе конечно предпочтительнее.

31.08.2021 в 21:33Игорь Сажин
Но религиозные страны, увы, лишь могут существовать как паразиты. Только светской это пропуск в завтрашний день. Да, светскость с оттенком фашизма не приветствуется, но многие из мыслителей современности считают, что светскость может исправить фашизацию политики. Так что у турок сложный выбор. Либо свалиться в религиозный фундаментализм и стать страной-паразитом, либо уйти в жесткий национализм и возможно когда-то оказаться страной технологическим лидером ну хотя бы на Ближнем Востоке. 
07.09.2021 в 06:30Athanatos
Если бы я определял в качестве линейки экономическую ориентацию, то и тогда бы определил его на правом спектре, но ближе к середине, ну а что касается политики, то тем более он относится к правым. Самое главное - точно определять понятия и термины для того, чтобы ими оперировать.
23.08.2021 в 19:40hilma
Смешные вы. Что за выражение "вставил"? 

Византия шла к упадку. Сильнейший удар в самое сердце нанесли крестоносцы. Вражда греков и армян. Войны в Европе. Усиление арабов.  Распространение мусульманства... 

Бегущие под ударами монголов на Запад тюркские скотоводы оказались очень кстати. Ислам и тюркский язык объединил враждовавшее друг с другом население Византии. Написано же, что слово "турок" даже в конце XIX — первой половине XX вв. османы считали насмешливым и презрительным. 

А потом Ататюрк сделал слово "турок" объеденяющим и сейчас имеем то, что имеем...

19.02.2022 в 10:07Athanatos
Нацисты тоже были технологическими лидерами. Вы такого будущего хотели бы для Европы?
19.02.2022 в 16:02Vladimir Petrov
  Если Турция уйдёт в жёсткий национализм, ей никогда не стать технологическим лидером. Для этого у неё просто не хватает своих научных, производственных и финансовых ресурсов. А, с жёстко националистической Турцией делиться технологиями, финансами Запад на постоянной основе, так охотно не будет...
19.02.2022 в 19:43Игорь Сажин
Нацисты хоть и были технологическими лидерами, но они создали новую религию, в основе которой была вера в свою исключительность, но это не главное, а главное, то что всех остальных они считали отбросами и вот эта новая религия о том, что все остальные люди кроме немцев отбросы и привела немцев, в конце концов, к уничтожению немецкого нацизма. К стати, у нацизма были все признаки религии. 
19.02.2022 в 19:49Игорь Сажин
В том-то все и дело, что мы находимся в эпохе, когда современные технологии рождаются не внутри одной нации, а на перекрестке многих наций. Так что сегодня можно трындеть об актуальности чистой суверенности нации, но на самом деле эта чистая суверенность - никуда не приведет. Кстати, конфликт с Украиной - это ведь катастрофа построения такого пересечения с близким по этничности народом. С таким подходом к Украине мы не скоро построим нечто, способное, с сохранением вполне себе живучей национальной суверенности, построить технологически удачное пересечение наций. Мы пока это не осмыслили. Очень, очень, очень жаль... 
20.02.2022 в 17:18Vladimir Petrov
   РФ и до событий 2014 года Запад не давал новейших технологий. Т.ч. тут нет взоимосвязи. У Украины таких технологий тоже нет. Что у неё было - теперь у нас, правдами и неправдами.
20.02.2022 в 19:17Игорь Сажин
Ну вообще-то это не так. После отмены поправки Джексона-Вэника, запад еще пока сильно не перекрывал поток технологий в Россию (их новизну правда определяют сами частные компании США), но перспективы есть. Понятно, что даже после отмены поправки Д-В не все технологии хлынули в Россию. Но вообще-то есть много технологий, которые многие страны мира не пускают наружу даже в дружественные страны. Что такое силиконовая долина - это место где властями США созданы условия для пересечения нескольких наций для рождения технологий будущего. В силиконовую долину на их условия рванули выпускники всех ведущих научных заведений мира. Почему белорусы стартапы создают не в Сколково, а в силиконовой долине, почему украинские мозги текут туда, а не в сторону восточного соседа. Да и наши стартаперы почему-то тоже предпочитают уходить на те условия. Что меня например очень сильно удивило, что некоторые наши стараперы уходят в соседние страны Прибалтики, в Украину и, до недавнего времени, в Беларусь, что бы там делать удаленные старапы, для силиконовой долины. Они до недавного времени мотались между Таллином и Москвой. Потому что это удобно. Зарабатывать большие бабки в силиконовой долине на удаленке где-то на хуторе под Таллином и держать семью в Москве или в Питере. 
21.02.2022 в 21:05Vladimir Petrov
Ну, это понятно, что вы пишите. Я же, говорю про те новейшие технологии, которые нужны РФ. Нам ведь не все подряд нужны, даже если их готовы продать...
22.02.2022 в 20:58Игорь Сажин
Так новейшие технологии никто никому не дает, их только продают очень дорого... Какое-то, простите, странное требование...