май 30 2012, 12:57

Лоренс Шитс (Международная кризисная группа): "Азербайджан меняет политику по отношению к временно перемещенным лицам - проблемы остаются"

Л.Ш.: На самом деле, официальная позиция Баку не меняется. Однако в личном общении происходят изменения. Если раньше в приватных разговорах чиновники отрицали даже идею о том, чтобы люди с той и другой стороны встречались бы, или посещали своих прежних знакомых, или наведывались на могилы, то сегодня эти идеи на человеческом уровне не встречают отторжению. Хотя, это все зыбко, потому что на мнение чиновников влияет во многом внешняя конъюнктура. В частности, они смотрят на то, как выглядят в глазах международного сообщества. Если они почувствуют, что выгоднее казаться более радикальными, то, естественно, и мнение у них изменится. Но, повторяюсь, в официальных интервью и при озвучивании официальной позиции мнение представителей азербайджанских властей не менялось.

Я думаю, что это ошибка перевода, потому что в английском варианте этого нет. В английском варианте указано наше пожелание, чтобы обе стороны вели себя конструктивно в плане развития гражданского общества, люди из Азербайджана и Армении должны встречаться, обсуждать общие проблемы, общие опыты. Это, скорее всего ошибка, потому что невозможно представить, что кто-то стихийно вернется к политическому урегулированию вопроса. Если честно, русскоязычный вариант я не полностью прочел.

"К.У.": А возможно ли возвращение людей из Азербайджана в оккупированные территории при гарантированных мерах безопасности до политического разрешения конфликта?

Л.Ш.: Ну, вообще-то, это сложно представить, потому что эти места находятся под вооруженной оккупацией. В принципе, можно себе представить, что это такое - вернуться к себе домой в условиях вооруженной оккупации - это нереально. Тем более, что эти места не приспособлены для нормальной жизни, то есть, там есть и мины, и проблемы с безопасностью, жизнеобеспечением. И если честно, я не слышал об этом, что кто-то говорит о возвращении людей в семь оккупированных районов без окончания оккупации. Были одиночные факты: в Габаджар, который был взят армянскими формированиями в апреле 1993 года. Люди все ушли оттуда. Но осталось какое-то количество – я ссылаюсь на людей, которые вышли оттуда - может быть сто, может быть меньше. Это были старые люди, которые подумали: зачем уходить с места своего жилья, если все равно некуда больше деться. Когда армянские формирования вошли туда, эти люди работали там, жили. Их терпели там некоторое время, они даже вынуждены были помогать вошедшим: передвигали какие-то вещи, что-то носили. Но через месяц они вынуждены были покинуть эту территорию. Пока не будет политического решения, трудно о чем-то говорить.

"К.У.": Насколько сильны в среде ВПЛ радикальные настроения и стремление решить конфликт военный путем? Менялась ли степень радикальности общественных настроений за последние годы?

Л.Ш.: Здесь очень сложно делать выводы. Потому что есть и официальная позиция властей: если не получится мирное решение конфликта, то, естественно, Азербайджан оставляет за собой право решить эту проблему военным путем. И это говорится как среди населения, так и среди ВПЛ. Но насколько искренне говорит население, что оно готово поднять оружие - это сложно сказать, потому что мы знаем, в каких политических условиях и какой политической атмосфере эти люди находятся. Так что это очень аморфный момент: одно дело - отвечать на социологический опрос, а другое дело - могут ли люди представить себе, что это значит: уйти на войну, испытывать лишения в еде, воде, находиться постоянно в смертельной опасности.


Полный текст

Комментарии

Android badge Ios badge
TopList