дек. 31 2017, 06:04

Новые отставки губернаторов, акции протеста и неподконтрольный Навальный. Николай Петров о ключевых событиях ушедшего и нового года

В Дагестане же репрессии против групп местной элиты носили адресный и индивидуальный характер. Попытка эта была отчасти удачна, отчасти неудачна, поскольку слом этноклановой системы разделения власти не произошел.

К.У.: Из этой логики "уголовного контроля" над элитами выбиваются отношения Москвы и Грозного? Почему? Чем Чечня в этом отношении отличается от других регионов?

Н.П.: Между Чечней и Москвой особая система отношений. Они строятся на личной унии между Путиным и Кадыровым.

В республике самостоятельный, персоналистский режим. В обмен на лояльность руководство Чечни получает карт-бланш и невмешательство федерального центра, в том числе силовых структур, в то, что происходит в республике.

С точки зрения центра, Чечня, как считает Наталья Зубаревич, оказывается самой благополучной. "Тоталитарный режим лучше справляется с террористическими угрозами и войной кланов", – утверждает она.

Это система почти вассальных отношений сложилась еще в 2003-05 годах. Это история. Преддверие выборов президента 2004 года. Необходимо было остановить войну в Чечне. Кремль сделал ставку на чеченизацию конфликта. А это предполагало, что заключается пакт с одним из влиятельных кланов. И, таким образом, в Чечне мы видим продолжение той истории сегодня. Россия является заложницей тогдашнего выбора, договоренностей с Ахматом Кадыровым.


Полный текст

Комментарии (1)

Android badge Ios badge
TopList