Очень часто люди, когда слышат о республиканской детской клинической больнице (РДКБ), переспрашивают: «А, это там, где дети, как мухи, мрут?». В РДКБ действительно сложное положение, но всему должно быть логическое объяснение. Редакция поговорила с врачами и младшим медицинским персоналом больницы, чтобы увидеть и услышать, как на самом деле обстоят дела.
– Театр начинается с вешалки, а больница с приемного отделения, – именно так начал свой рассказ один из врачей, который пожелал остаться инкогнито, и рассказал о многих других недостатках. – Уйма проблем с незапамятных времен, нет условий для нормального приема больного. Первое, что бросается в глаза – это то, что невозможно завезти каталку, поскольку там просто нет для нее въезда, а если бы даже он был, то дверные проемы и помещения просто не дадут ей проехать. Ребенка приходится заносить на руках (хорошо, если это младенец).
Помещение в приемном отделении маленькое, невозможно принять и осмотреть более одного больного, а бывает, поступает одновременно по пять-шесть человек. В приемном отделении должна быть экстренная перевязочная, но ее нет. Та же проблема с медикаментами. Например, гипсовые бинты просрочены, сворачиваются комками, долго засыхают. Чтобы оказать качественные медицинские услуги, предлагаешь родителям купить бинты, и тут начинаются жалобы, угрозы, истерики.
В больнице один рентген-аппарат, хотя по СанПиН (санитарным нормам и правилам) в больнице должно быть, как минимум, два таких аппарата. Такие нормы установлены не просто так. Допустим, если в рентген-кабинете проводится экскреторная урография, ребенок должен пролежать около 40-60 минут, и все это время аппарат занят. При экстренных случаях ребенку с серьезным переломом тазобедренной кости или черепно-мозговой травмой сразу сделать рентген-снимок не получается.
Персонал больницы не доукомплектован, по санитарным нормам и правилам специалист должен работать с рентгеновским аппаратом от 8 до 12 часов в неделю, но поскольку не хватает персонала, врачам приходится работать и облучаться вдвое выше нормы, т.е. более 24 часов в неделю.
Если говорить более конкретно о нехватке кадров, то получаются такие цифры. В травматологическом отделении выделено 12 рабочих ставок, но работает только 6. В отделении реанимации обстоит все намного хуже, на 15 выделенных ставок работает только двое. По определенным нормам должно быть две постовые медсестры, одна процедурная и одна ночная. Но сестра-супермен работает за всех четверых. Главная причина нехватки кадров – низкая заработная плата.
Из-за плохих условий работы из отделения реанимации уходят врачи, хотя с кадрами дело и так обстоит неважно: зарплата около 12-14 тыс. рублей в то время, как средняя заработная плата врачей по России составляет около 40-45 тыс. рублей.
Пособие по безработице составляет 4 тыс. рублей с копейками, в то время как зарплата медсестры выше на каких-то 300-400 рублей.
Когда врач или медсестра выполняет работу за коллегу, который ушел в отпуск, то ему должны дополнительно оплачивать переработки (ключевое слово должны), по факту никто ничего не доплачивает.
Врачи готовы пойти на крайние меры, обратиться в прокуратуру, точкой кипения стало то, что стимулирующие выплаты были самые низкие по республике.
Много аналогичных примеров и статистических данных можно найти в Интернете, в частности на ресурсе sk-news.ru, где приводятся такие примеры: врачи-специалисты получают 11,1 тыс. рублей, средний медперсонал – 8,5 тыс. рублей, а по факту не выше 3 тыс. рублей.
Руководство больницы совершенно не поддерживает молодых врачей, невозможно повысить квалификацию, не получается вносить новации в лечении больных. Когда врачи обращаются за помощью и поддержкой к администрации больницы, им предлагают все делать за свой счет. Такой заработной платы, не то что на новации, на жизнь не хватает.
В операционном блоке находится одна травматологическая операционная, в которой проводят и экстренные, и плановые операции, если во время плановой операции поступит больной, экстренно нуждающийся в хирургическом вмешательстве, его невозможно будет прооперировать. В таких случаях родители экстренного больного начинают жаловаться, что им не уделяют достаточного внимания, пишут жалобы, звонят в Минздрав республики, главному врачу и даже угрожают физической расправой лечащим врачам.
Но проблемы не только с кабинетами и персоналом. В кои-то веки в больницу поступил новый аппарат – электронно-оптический преобразователь, на котором имеют право работать только специалисты-рентгенологи, но они не умеют работать с ним. Врач, который умеет пользоваться этим аппаратом, не имеет доступа к работе с ним. В случае если он им воспользуется, к нему будут применены санкции.
С аппаратурой в РДКБ дела в целом обстоят не очень хорошо. В операционной стоит аппарат для подачи кислорода «Полинаркон-5», аппарат 1995 года впуска, который должен был быть списан еще ...цать лет назад.
Во всех нормальных больницах кислород должен подаваться и подается автоматически, но только не тут. На этом аппарате приходится это делать вручную, с помощью врача или медсестры. В больнице нет эндоскопов, фиброгастродуоденскопов, лапароскопическая оптика вышла из строя, нет возможности выполнять удаления инородных тел из пищевода и желудка. Подвал – картина из ряда вон, коммуникации разрушены временем, в одном из помещений электрощит частично затоплен, и это под отделением реанимации.
В новом корпусе отделения реанимации новорожденных не подведен воздух и нет компрессоров. И это не весь список проблем, из-за чего этот блок не введен в эксплуатацию. Аварийный выход в операционном блоке переоборудован в кабинет профессора.
Условия, в которых лежат больные – вообще отдельная история. Палаты не оснащены функциональными кроватями, а те, которые есть в наличии, непригодны. Палаты маленькие и переполнены. По тем же санитарнормым нормам и правилам на одного человека должно приходиться 25-27 куб. метров, а в реальности на 5 человек 30 куб. метров.
Мать одной из пациенток рассказала, точнее, пожаловалась на условия, в которых они лежат: «Элементарно нет рукомойника, чтобы покормить ребенка каждый раз приходится бегать на кухню мыть руки, потом продукты и т д., нет холодильника, окна не открываются, и при этом не работает вентиляция, тумбочки разваливаются, подпираются всем, чем можно, дверцы отваливаются. Мне приходится спать на кровати для грудничков, про душевую я вообще молчу, там краны не закрываются, а ванная держится на соплях, кажется, вот-вот рухнет».
Охрана не работает, пропускает все проезжающие машины, казалось бы, не так велик их проступок, но заехавшие автомобили паркуются в запрещенных местах, конечно, не преднамеренно, но они мешают машине скорой помощи подъехать к приемному отделению. Но, тем не менее, даже в таких условиях врачи – профессионалы своего дела – умудряются помогать детям и спасать их жизни.
А кому жаловаться? Кто будет решать проблему? Главного врача нет два месяца, администрация больницы не работает, тем более, если учитывать факт, что бухгалтерия – главный противник врачей и больных.
Надежда на то, что Министерство здравоохранения республики прислушается и поможет, не учиняя при этом «миллионных» проверок с целью расправы.
Ислам Одижев
2
