Проблемы грузинской "реинтеграции"

Сам термин "реинтеграция" - довольно странный. "Министерство по делам реинтеграции" - звучит еще более странно. По сути, это означает, что грузинское руководство признает, что общество в стране разделено, не только территориально, конфессионально, этнически, но и ментально. Главная задача - это освобождение "оккупированных" регионов Абхазии и ЮО. Вообще, Грузия - это страна с множеством маленьких регионов, в каждом - свои специфические проблемы, и если не принимать действенных мер по вовлечению населения этих регионов в единые прогрессивные процессы в Грузии, то легко можно получить лишние горяче точки на карте. То что Грузия признает такую глобальную проблему - это хорошо и честно.

Но вот некоторые решения заставляют усомниться в наличии четкой, продуманной политики в сфере этой самой "реинтеграции". На юге Грузии расположен край Самцхе-Джавахети с преимущественно армянским населением. На днях Саакашвили открыл дорогу, которая связала Ахалкалаки и Тбилиси (дорога также проходит через населенный азербайджанцами край Квемо-Картли). Безусловно позитивный шаг.

Но. Есть и обратная сторона. Армянская церковь, например, до сих пор не имеет официального статуса на территории Грузии.Не в последнюю очередь это связано с большим общественным влиянием грузинской православной церкви.

"Мы не дадим Эчмиадзинской церкви в Грузии статус, потому что та Армянская апостольская церковь, которая существует в Грузии, это так называемый филиал. Еще раз повторяю, Эчмиадзинскую церковь в Грузии мы не признаем." Это говорит замминистра по делам "реинтеграции" Елена Тевдорадзе, причем не где-нибудь, а в ходе конференции на тему "Проблемы и перспективы армянской общины Тбилиси".

Лимитированная какя-то "реинтеграция" получается.

Они терзаемы двумя тенденциями, объединяться или сохранять уникальность. По старой советской привычки совокупить это не возможно. Опасно. А попытаться осознать уникальность и предолеть собственные страхи и шагнуть на встречу людям в падлу получается. Понятно это длительный процес, а хочется прямо сейчас. Не пущать и запрещать.