сент. 12 2007, 13:06

Доклад Международного Комитета Красного Креста "Пропавшие без вести: скрытая трагедия тех, о ком забыли"

Сколько идут войны, столько люди и пропадают без вести. Так было всегда. Они могут стать жертвами массовых казней, а их тела свалены в какой-нибудь ров, ставший для всех безымянной могилой, как это было на Балканах. Их могут захватить прямо на улице и увести, как это случилось с молодыми людьми в Шри-Ланке. Кого-то могут арестовать дома, а дальше - смерть в тюрьме или содержание "без права переписки" в каком-нибудь тайном месте. Иногда речь идет о гражданских лицах, спасающихся бегством из района боев, или о потерявшихся детях, как это часто случается в Конго. Солдаты могут погибнуть, а их тела могут так и остаться на поле боя. Такое происходило во время войны между Эфиопией и Эритреей. По свидетельствам очевидцев, даже несколько лет спустя кости погибших усеивали места, где проходили бои.

Это - не только трагедия для самого пропавшего без вести, но еще от нее страдают и другие люди - его родственники. Они пребывают в томительном неведении, и даже если думают, что их близкий погиб, не решаются его оплакать по обычаям своей страны. Раз нет официальных доказательств смерти, остается призрачная надежда на чудо, никак не ослабляющая чувство мучительной неизвестности. Может быть, он или она находится где-то в секретной тюрьме или живет на чужбине. Многие тратят годы и все сбережения на поиски, которые так и не приносят результата. Такие люди часто попадают в руки мошенников, выдающих себя за юристов и обещающих содействие, но лишь теряют с ними последние деньги.

У этой трагедии есть не только эмоциональный аспект. Ведь кроме горя, есть и тяжелейшие материальный последствия. Часто пропадает кормилец семьи, и его жена или мать обречены на нищету. И даже оформить документы близким пропавшего без вести человека не всегда удается. Во многих странах справка о том, что человек официально может считаться погибшим или пропавшим, выдается лишь много лет спустя, а без нее оставшиеся родственники не могут ни переехать, ни продать имущество, ни провести траурные обряды, а жена все эти годы не считается вдовой и не может связать свою жизнь с другим человеком.

Для того, чтобы помочь семьям выяснить участь пропавших родственников и решить эту острейшую гуманитарную проблему, делается очень мало.

На восточной окраине Тбилиси живет Гулико Экизашвили. Она принимает тех, кто к ней приходит, в маленькой комнате, которая служит ей и спальней, и гостиной. Потолок над ее кроватью весь в трещинах после землетрясения. Гулико - почтенная 57-летняя женщина, одетая во все черное. У нее голубые глаза, а седеющие волосы собраны в аккуратный пучок. На одной из стен - целая галерея фотографий сына - красивого молодого человека с кудрявыми волосами и пронзительным взглядом. На одних он серьезен, на других - гордо показывает приемы боевых искусств на какой-то лужайке.

Она вспоминает о том, как конфликт, вспыхнувший в 1992-1993 гг. в Абхазии, лишила ее сына.


Полный текст

Комментарии