май 30 2012, 12:57

Лоренс Шитс (Международная кризисная группа): "Азербайджан меняет политику по отношению к временно перемещенным лицам - проблемы остаются"

Правительство Азербайджана предприняло в последние годы очевидные шаги для улучшения условий жизни внутренне перемещенных лиц из Нагорного Карабаха, однако многие ВПЛ продолжают жить в малопригодных для проживания условиях и не имеют достойного медицинского и социального обслуживания. Об этом говорится в докладе Госдепартамента США, о состоянии прав человека в мире Country Reports on Human Rights Practices for 2011. Более подробно о том, в каких условиях проживают ВПЛ из Нагорного Карабаха и других оккупированных территорий говорится в докладе Международной кризисной группы(МКГ) "Бремя азербайджанских ВПЛ: поиск решения проблем". Как отметил директор программы по Южному Кавказу Международной Кризисной Группы (МКГ) Лоуренс Шитс в интервью "Кавказскому узлу", бедственное положение внутренне перемещенных лиц обусловлено тем, что в течение долгого времени азербайджанское правительство из-за идеологических соображений не пыталось решить проблему интеграции ВПЛ. Хотя с начала 2000-х годов политика официального Баку по отношению к изгнанникам из Нагорного Карабаха и семи прилегающих районов переменилась.

ВПЛ: надежды на возвращение

"К.У.": По опубликованному Международной Кризисной группой докладу , среди ВПЛ (внутренне перемещенных лиц) наряду с людьми, для которых приоритетом является возвращение в Нагорный Карабах, есть немало таких (в особенности среди младшего поколения), кто не стремится к возвращению на постоянное проживание. Это временное явление или растущая тенденция?

Л.Ш.: Я не могу сказать, что в ходе исследования мы нашли таких людей, которые заявили бы, что не хотят возвращаться. Что мы нашли тех, кто родились фактически уже в изгнании. То есть или они родились в семье временно перемещенных лиц, либо они были очень молоды, когда вынуждены были покинуть родные дома, села и города в Нагорном Карабахе и других оккупированных районах. И было бы правильно сказать, что есть определенный процент молодежи, тех, кто не знает, что это такое - вернуться или жить в тех местах, где они раньше жили. О существовании таких настроений я могу судить и по собственному опыту общения с ВПЛ, и об этом же говорится в докладе "Основные принципы восстановления азербайджанских территорий после конфликта", подготовленном в 2010 году Назимом Муззафарли и Эльдаром Исмаиловым. Среди молодежи есть такой контингент, который в равной степени положительно относится как к перспективе обеспечить себя, иметь хорошие возможности для профессионального развития, так и к перспективе вернуться в родные дома. А если говорить именно о тех, кто отказывался бы возвращаться, то таких мы не нашли, конечно. Автоматический ответ был: "да, мы хотим вернуться". Просто есть молодые люди, которые не знают, что такое быть дома, не знают свои родные места, и они испытывают к тем местам абстрактные чувства. Для них родина - это абстракция: им 20 лет, а все это произошло именно 18-20 лет назад.

"К.У.": Может ли это кардинально изменить вектор устремлений ВПЛ?

Л.Ш.: Несомненно, когда есть проблема с ВПЛ или беженцами, то есть и тенденции уменьшения политического давления или политической силы, которые существовали в ранние годы изгнания. Накал ослабевает, потому что люди уже особо не надеются на возвращение, или же, как я говорил, для них это абстракция, и уменьшается, соответственно, их влияние на политические процессы в стране. Я думаю, что Азербайджан не является исключением в этом отношении. Я думаю, что было бы и цинично, и плохо, если у какой-либо стороны конфликта был какой-то расчет на то, что эти люди не захотят со временем возвращаться и проблема сама собой разрешится. Потому что семь районов вокруг Нагорного Карабаха (Кельбаджарский, Лачинский, Кубатлинский, Джебраильский, Зангеланский, Агдамский, Физулинский - те районы, где не жили армяне) однозначно признаны тем же Совбезом ООН оккупированными. Поэтому, естественно, когда люди долго живут в изгнании и долго не могут вернуться домой, это уменьшает приоритет, уменьшается де-факто политическое давление на ситуацию. Но опять-таки, повторюсь, было бы цинично, если бы та или иная сторона надеялась, что проблема сама собой решится просто потому, что люди забудут.

"К.У.": Насколько эта ситуация схожа с абхазской?

Л.Ш.: Я думаю, что достаточно похожа, хотя в Абхазии несколько иная специфика, потому что когда речь идет о семи оккупированных территориях, необходимо учитывать, что они были заселены исключительно азербайджанцами и по гражданству, и по этносу. Были также азербайджанские курды, но они говорили на азербайджанском языке. В этом плане здесь наблюдается несколько иная специфика по сравнению с Абхазией, где люди так компактно не жили, где и абхазы, и грузины, и армяне, и эстонцы жили бок о бок в одном доме. Здесь же, на оккупированных территориях ситуация была другой: здесь не было армян.


Полный текст

Комментарии

Android badge Ios badge
TopList