Несмотря на многочисленные обращения и наличие серьезных хронических заболеваний, в СИЗО отказываются проводить необходимые исследования, ограничиваясь формальными осмотрами, заявила журналистка Ульвия Али, оценив такие действия как политически мотивированное давление.

Как писал "Кавказский узел", в феврале Ульвия Али в Бакинском СИЗО-1 столкнулась с угрозами в адрес близких после того, как в соцсетях были опубликованы сгенерированные искусственным интеллектом аудиозаписи о фактах давления на нее в СИЗО и в ходе суда.

 Ульвия Али почти год не может добиться необходимых обследований

Арестованная по делу  Meydan TV журналистка Ульвия Али (Гулиева) заявила, что уже более года лишена качественной медицинской помощи в заключении, что  журналистка  расценивает как политически мотивированное давление.

"С момента моего ареста 6 мая 2025 года я неоднократно обращалась за качественной медицинской помощью и обследованием, однако мои жалобы в большинстве случаев оставались без ответа", - говорится в обращении Гулиевой к СМИ, поступившем корреспонденту "Кавказского узла" от близких журналистки.

По словам Ульвии Али, еще в первые месяцы после ареста ее адвокат обращался в следственное управление МВД Азербайджана с просьбой провести МРТ (магнитно-резонансная томография) и КТ (компьютерная томография) обследования в связи с ранее обнаруженной у нее в голове опухолью.

Однако в ответ из медико-санитарной части Бакинского СИЗО-1 поступило письмо о том, что Ульвие Али "неврологом был проведён осмотр, и серьёзной патологии не выявлено".

"Ещё в 2017 году у меня была выявлена микроаденома размером 4 мм в левой доле аденогипофиза. С того времени и до ареста я ежегодно по рекомендации врача проходила МРТ и КТ. Кроме того, я много лет страдаю инсулинорезистентностью, дефицитом витамина B12, гипогликемией и повышенным уровнем лейкоцитов. Также у меня диагностированы жировая дистрофия печени второй степени, кристаллы в почках, тахикардия сердца и увеличение щитовидной железы", - продолжает Ульвия Али.

После ареста в результате насилия со стороны полиции у нее периодически возникают тупые головные боли, головокружение и потемнение в глазах, далее отмечает журналистка.

"Из-за сильного стресса появились спазмы желудка и рвотные рефлексы. Врач, который должен оценивать мои заболевания, не является неврологом. Это всё равно что пациента с болью в почках осматривает и дает заключение офтальмолог", - подчеркивает Ульвия Али.

Она отмечает, что в связи с проблемами со здоровьем и просьбой содействия в обеспечении медобследования она обращалась к представителям омбудсмена Азербайджана  во время их визитов в изолятор. Ко всем обращениям она  прикладывала медицинские заключения и диагнозы.

Только 1 апреля 2026 года Ульвия Али получила ответ на одно из обращений к омбудсмену.

"В нём говорилось, что главное медицинское управление Минюста ответило на запрос омбудсмена, в котором утверждалось, что  "состояние здоровья Ульвии Гулиевой находится под наблюдением, а для дополнительных обследований могут  быть созданы условия только с согласия следствия", - продолжает журналистка.

По словам Ульвии Али,  раз в три месяца ей проводят некоторые анализы крови в медико-санитарной части Бакинского СИЗО-1, на основе которых врач журналистки корректирует лечение. Однако, добавляет журналистка, этого недостаточно для полноценной диагностики.

При этом, как отмечает Ульвия Али, в медико-санитарной части СИЗО нет УЗИ-специалиста с прошлого лета. "Раз в три-четыре месяца приезжает врач УЗИ из главного медицинского управления Минюста и осматривает нуждающихся заключённых. Но при моих заболеваниях этого недостаточно, поскольку я нуждаюсь в обследованиях МРТ и КТ. Однако в СИЗО нет оборудования для проведения МРТ и КТ. Поэтому я прошу создать условия для обследования в гражданской больнице за мой счёт. Закон этого не запрещает, напротив, государство обязано обеспечить доступ к качественной медицинской помощи", - подчеркивает Ульвия Али.

Она еще 20 февраля 2026 года обратилась в Бакинский суд по тяжким преступлениям с ходатайством о медицинском обследовании, однако после этого заседания по делу Meydan TV состоялись лишь дважды - 13 марта и 3 апреля.

По словам журналистки, суд отвечает на ходатайства ее адвоката неопределенно – «запрос направлен», без уточнения адресата.

"Для кого-то это может показаться коротким сроком, но я лишена качественной медицинской помощи с 2025 года, и мои опасения обоснованы. Уже год государство занимается затягиванием процесса", - отмечает Али.

Государство ответственно за здоровье и жизнь арестованных

Бакинский юрист, специализирующийся на вопросах правозащиты, в беседе с корреспондентом «Кавказского узла» отметил, что государство ответственно за здоровье и жизнь арестованных.

«В рекомендациях Комитета по предотвращению пыток (CPT)  Совета Европы о медицинском обслуживании в тюрьмах указано, что заключённые должны иметь такой же доступ к медицинским услугам, как и люди на свободе. В 36-м параграфе 3-го Общего доклада CPT подчёркивается, что необходимо обеспечить полную доступность больничных услуг для заключённых”, - сказал эксперт на условиях анонимности.

Кроме того,  продолжил он,  об обеспечении качественной медпомощи заключенным говорится и в документах ООН.

«Согласно Минимальным  стандартным правилам Организации Объединенных Наций в отношении обращения с заключенными («Правила Нельсона Манделы»), государство несёт ответственность за здоровье заключённых и обязано обеспечивать медицинскую помощь на уровне, сопоставимом с гражданским обществом. Конституция Азербайджана также гарантирует право каждого на медицинскую помощь  - статья 41.1», - сказал юрист.

Али указала на политический мотив в отказе от полноценного обследования

Однако, как пишет Ульвия Али, в ответе правительства Азербайджана на запрос спецдокладчиков ООН по ее делу ее «медицинские проблемы были фактически проигнорированы и сведены к осмотру невролога».

«Очевидно, что мои заболевания не относятся к неврологии, однако ответ был сформулирован именно так», - пишет Ульвия Али.

Она расценивает создание ей условий для полноценного обследования в гражданской клинике как «политическую месть».

«Качественной медицинской помощи также лишены другие политические заключённые с серьёзными заболеваниями: Айнур Эльгюнеш, Шамшад Ага, Ахмед Мамедли, Полад Асланов, Фарид Исмаилов, Алескер Мамедли, Руслан Иззетли, Афияддин Мамедов и многие другие», - указывает Али.

Получить комментарии в Пенитенциарной службе и Главном медицинском управлении Минюста Азербайджана не удалось.

Десятки журналистов подверглись преследованию в Азербайджане

Напомним, дело Meydan TV было возбуждено в декабре 2024 года, когда шесть журналистов были задержаны, а затем арестованы по обвинению в контрабанде валюты. Они связали уголовное дело со своей профессиональной деятельностью. К августу 2025 года по делу Meydan TV были арестованы 11 человек1. В конце августа стало известно, что расследование завершено, а в деле появился 12-й подозреваемый - фотожурналист Ахмед Мухтар. При этом арестованным журналистам были предъявлены новые обвинения по еще семи уголовным статьям2.

Арестованные по делу Meydan TV подверглись преследованию по указанию руководства Азербайджана за журналистскую деятельность, указал один из обвиняемых Шамшад Ага. "У вас нет ни полномочий, ни смелости принимать произвольные решения в любом процессе, контролируемом [президентом страны] Ильхамом Алиевым. В этих процессах и следователь, и прокурор, и судья - Ильхам Алиев", - заявил он суду.

Преследованиям в Азербайджане подверглись журналисты и других СМИ, в том числе Abzas Media, Toplum TV и Kanal-13. 20 июня журналисты и сотрудники Abzas Media были приговорены к лишению свободы на сроки от 7,5 года до 9 лет. В суде они отвергли обвинения, подчеркнув, что их преследуют за профессиональную деятельность и расследование случаев коррупции.

Число политзаключенных в Азербайджане достигло в 2024 году пика за 23 года членства страны в Совете Европы, говорится в справке "Кавказского узла" "Главное о рекордном числе политзеков в Азербайджане". При этом власти Азербайджана отрицают наличие в стране политзаключенных.