сент. 20 2005, 18:04

Алексей Макаркин: "Российская власть не должна упустить шанс выборов в чеченский парламент"

С А.Макаркиным беседовал собственный корреспондент "Кавказского узла" Александр Григорьев.

А.Г.: Новое ичкерийское правительство, как российский орел получило два крыла – одно радикальное – вице-премьер Шамиль Басаев, второе – европеизированное, умеренное – Ахмед Закаев. Какое из крыльев будет сильнее влиять на политику нового руководства ЧРИ?

А.М.: Конечно же - Басаев. Ахмед Закаев находится в Англии и покинуть территорию Великобритании не может из-за резких протестов российских властей в отношении тех государств, которые пропускают его на свою территорию. И это слабая аутсайдерская фигура. А около Садулаева сейчас и Басаев, и Удугов, и я думаю, что Абдул-Хамид Садулаев явно ближе к Басаеву. Мне кажется, что это будет басаевское правительство.

А.Г.: Какова будет роль в новом правительстве Закаева. Ведь он отрицает террористическую деятельность, как средство достижения цели, а Басаев наоборот поддерживает?

А.М.: Новому правительству Ичкерии Ахмед Закаев нужен для преемственности. Если в правительстве Ичкерии не будет Закаева, то появятся новые статьи в СМИ, что в правительстве Ичкерии – раскол. В правительстве Ичкерии и так много проблем и дополнительный скандал вокруг правительства им не нужен. Им очень важно показать, что это правительство консолидировало все чеченские сепаратистские силы. А тут вдруг выяснится, что раз Закаев отсутствует, то новое правительство недостаточно представительно. Они не случайно отобрали у Умара Хамбиева должность генерального представителя Ичкерии в зарубежных странах и оставили ему должность министра здравоохранения. Как он будет сейчас руководить здравоохранением из Франции?! Но формально он остался, формально он с ними. Вся эта политика направлена на одно – никаких обвинений, никаких подозрений в расколе.
 
А.Г.: Чем вызваны перестановки в правительстве Садулаева? При Масхадове, гораздо более образованном и более опытном политике и человеке, оно худо-бедно действовало, почему новый президент решился на столь кардинальные меры? Зачем он так приблизил Басаева к себе?

А.М.: Во-первых, Садулаев в значительной степени своей карьерой обязан Басаеву. Он именно басаевский человек, - понятно, что он просто отдает вполне закономерный долг за свое продвижение в шариатском суде. Во-вторых, у Садулаева, как и у многих других сепаратистов очень сильное разочарование в возможностях так называемого умеренного курса. Разочарование в диалоге с Европой, в попытке заручится поддержкой Запада. Фактически - в той линии, которую проводил Хамбиев. При этом Хамбиев даже вступил в Транснациональную радикальную партию, которая является максимально либерально-радикальной политической силой и никакого отношения к исламизму не имеет. Но он вступил в нее, что бы заручится поддержкой представителей этой партии в Европейском парламенте, и чтобы получить выход на европейский истеблишмент. Но сейчас европейцы резко снизили уровень критики России по Чечне. Они ждут выборов в парламент. Они хотят работать с теми чеченцами, которые официально и легально действуют в самой Чечне. Они выступают за максимальную демократизацию, но готовы подождать. Европейцы понимают, что демократизация не наступит уже сегодня, они рассчитывают, что это будет постепенный процесс. И в связи с этим получилось, что та линия, которую проводил Хамбиев, организуя пресс-конференции, общаясь с радикалами, общаясь с журналистами, фактически провалилась. И вот Садулаев, как официальный руководитель ичкерийского сообщества, понимает, что теперь все попытки придать этому сообществу более умеренный характер, более цивилизованный имидж – ни к чему не приводят. Они лишь приводят к тому, что западники все меньше общаются с Хамбиевым и Закаевым. Поэтому позиция Садулаева – хватит притворяться, все равно это к чему не приведет. По его мнению, это тупик – общаться с западниками и подделываться под них. Надо четко и однозначно высказывать свою позицию. В этом смысле приход Шамиля Басаева и Мовлади Удугова – это доказательство того, что Садулаев понимает, что попытка прикрыться умеренным имиджем ни к чему не приводит. Умаров (вице-президент ЧРИ, - прим. "КУ") уже входил в масхадовское правительство. Западники считают его относительно умеренным и его приход на пост вице-президента – это просто признание реалий в рамках ичкерийского военного сообщества. Это достаточно сильная фигура среди боевиков. Басаев эти реалии признал и поэтому согласился на то, что Умаров стал вице-президентом. То есть приемником Садулаева. При этом остракизму Садулаев подверг и бывшего министра иностранных дел Ахмадова. Он оказался как в фильме "Свой среди чужих, чужой среди своих" - свои не принимают, и Москва требует его выдачи. И все это свидетельство полного разочарования в Западе и западных политиках.
 
А.Г.: Из перестановок понятно, что поддержка Запада, в том числе США уже не нужна чеченским сепаратистам. Означает ли это углубление и расширение их связей с радикальными исламскими движениями и странами?


Полный текст

Комментарии