29 нояб. 2018 / 20:52

Политическое настоящее Республиканской партии Армении

Почти семь месяцев назад я написал пост под названием «Политическое будущее Республиканской партии Армении», в котором, в условиях революционной эйфории и анархии, сделал несколько предположений о том, как пойдут события. Пост был написан 2 мая, в день пика народного гнева и активности Никола Пашиняна, поэтому, наверное, не был полностью лишен воздействия момента. Теперь же я хочу сравнить реальность и мои ожидания, а также описать уже сложившуюся политическую конструкцию этой части политического спектра.

Проверяем ожидания на точность

1. Позиция в политическом поле: Диапазон возможностей для них в реальности составлял следующее: от ликвидации партии после революции до оппозиционной фракции в будущем парламенте. И даже что-то на вторых ролях в действующем правительстве.

Партия ликвидирована не была, но ее представители отказались от вступления в действующее правительство, хотя и получили такое предложение. Они выбрали среднюю линию, в рамках которой могут стать оппозиционной фракцией в будущем парламенте (еще следует посмотреть на результаты выборов).

2. У РПА было два выхода – либо держаться и пытаться восстановить легальными методами свою формальную власть, что они и сделали, либо договариваться и уступать на каждом шагу, попутно теряя большинство рычагов, но не все и в итоге хоть что-то сохранить.

РПА продолжила свою стратегию на удержание максимально возможного объема власти в своих руках до последнего. Последним проявлением этого стало противостояние 2 октября, проигранное РПА. Я считал, что им следовало попытаться выторговать что-либо в обмен на те рычаги власти, которые они и так теряют. Они выбрали в принципе конфронтационный сценарий и проиграли в этой борьбе. См. мои посты о развитии событий в начале октября:

Однако, надо уметь признавать ошибки. Возможно, я был неправ, говоря о том, что им следует пойти на обмен остающихся рычагов власти вместо того, чтобы терять их на фоне конфронтации. Они действительно потеряли все рычаги – абсолютно все, что были у них еще в начале октября. Но обмен бы тоже им ничего не принес, рейтинг не был бы выше, но это лишило бы их возможности пройти процесс самоочищения. Это очищение дает им некоторые шансы на позиционирование в будущем. Окончательно сказать, правильной ли была эта стратегия, можно будет лишь по результатам выборов.

3. Теоретически возможен еще один сценарий – Пашинян утверждается премьер-министром, но дальше РПА мешает ему на каждом шагу. В конечном счете это тоже чревато кризисом, либо распадом партии, или как минимум отделением от нее какой-нибудь части, из примерно 10-15 человек, чего было бы достаточно для голосования в пользу новых инициатив.

Кризис и раскол во фракции действительно произошел. Причем, от нее откололось почти 20 депутатов. Но полный распад был предотвращен. РПА решила не мешать ему на каждом шагу, чтобы избежать совсем уж сильной конфронтации, ограничиваясь лишь выступлениями по ключевым позициям.

4. Это не так сложно было предвидеть и непонятно, как долго сможет РПА удерживать позиции. Возможно, она дотянет до 8 мая, хотя я не уверен даже в этом. В конечном счете она либо будет принуждена капитулировать, либо похоронит вместе с собой приличный кусок государственности, вряд ли она будет в состоянии хоть какие-то условия навязать Пашиняну, особенно если за всю эту неделю никто работать не будет, в том числе и в госсекторе.

РПА капитулировала в тот же день, 2 мая, было распространено заявление о том, что она не помешает Пашиняну избраться 8 мая. В госсекторе всю неделю никто не работал, и, кстати, полноценно работа не восстановилась и по сей день.

 

Расклад сил в «темном углу»

Раз уж пошло такое разделение на «светлые» силы и «темные», где Пашинян и его команда называли себя светлыми, а республиканцы решили сыграть и на этом, заявив, что с одной стороны слова Айка Марутяна о том, что те, кто против «Гражданского договора» - темные силы – поджигает гражданскую войну, а с другой – сказали, что если Пашинян светлый, то они – темные и даже шутили на эту тему. Например, такой шарж распространялся в социальных сетях и в том числе его распространил Армен Ашотян, один из лидеров фракции.

Однако, чтобы понимать, чем сегодня является РПА, нужно сказать следующее. Нынешняя РПА почти никакой связи не имеет с той структурой власти, которая сложилась во время президентства Сержа Саргсяна. Напомню, что было тогда (фрагмент из того же поста «Политическое будущее Республиканской партии Армении»).

Это конгломерат из политиков, бюрократов-чиновников и крупных бизнесменов («олигархов»), объединенных формально на право-консервативной идеологической платформе. Став доминирующей партией, РПА эту платформу фактически утратила, сконцентрировавшись на собирании всей власти в своих руках. За последние десять лет добровольно-принудительно в партию вступили почти все руководители органов местного самоуправления, почти все руководители министерств, заместители министров и даже в отдельных случаях начальники отделов или ниже.

Таким образом, сложилась связка «Государство-бизнес-политика» и все это было объединено в руках Республиканской партии. Сама партия постепенно закрывалась от общества и от конкуренции и все больше концентрировалась вокруг своего нынешнего лидера Сержа Саргсяна. На данный момент она стала совершенно неконкурентоспособной в публичной борьбе и даже молодые ее представители не держат удар, что прекрасно продемонстрировали вчерашние дебаты.

Сегодня партия выраженно идеологическая (право-консервативная), почти потеряла связь с бюрократией, все олигархи вышли из ее состава, она потеряла присутствие в судебной власти и почти потеряла местное самоуправление. Серж Саргсян практически перестал участвовать в деятельности партии и в феврале, вероятно, уйдет из руководства партией. Микаел Минасян, зять Сержа Саргсяна, владеющий крупным бизнесом (в первую очередь, в медиа и логистике), тоже отошел от партии, а люди, так или иначе связанные с ним, такие как Самвел Фарманян, Карен Бекарян, Арман Сагателян и Мигран Акопян, не вошли в избирательный список РПА. Так они потеряли свой медиа-ресурс. Также они потеряли деньги, поскольку если на хорошую жизнь денег им хватит, то на сколько-нибудь заметную бизнес-деятельность или серьезную избирательную кампанию – нет, поскольку все, кто имели этот ресурс, партию уже покинули.

Уже сейчас видно, что РПА не столько слилась с госаппаратом, сколько была тонким слоем, «маской» власти. И старая структура власти, включавшая, как уже сказано, олигархов, бюрократию, медиа-ресурс, а также центрировавшая в себе крупнейшие патрон-клиентские группы, прекратила существование. Прошло всего полгода, но от нее уже нет и следа. Нет команды Карена Карапетяна. Рассеяна команда из полиции (Вова Гаспарян). Генералитет и его лидеры также уже по большому счету не у дел (еще после 2016 года это во многом так). Осталось всего несколько человек, которые все были на вторых ролях – та самая «политическая команда» РПА, тогда как ядро прошлой власти просто рассеялось как туман.

Наконец, после того как РПА отделилась от власти и денег, следует сказать еще одну вещь. «Темный угол» продолжает дробиться. Роберт Кочарян говорил, что он собирается создать политическую силу. Под это он создал определенный медиа-ресурс, частью которого являются ресурсы: «Ереван-тудэй», «Адеквад», «Арарат-ТВ». Однако эти ресурсы далеко не благосклонны к РПА, и тоже критикуют ее «за отход от оппозиционных позиций», как бы подготавливая почву для прихода наиболее радикальной оппозиции в виде Роберта Кочаряна и его команды. Кстати, не факт, что это произойдет, поскольку после выборов резонность создания новой политической силы будет под вопросом. Однако то будет потом, а сейчас РПА – это собрание людей, занимавших вторые роли в прошлой системе власти.

Также, РПА включила в свой список ряд людей, не являющихся ее членами – Давида Шахназаряна, Арташеса Гегамяна, Менуа Арутюняна и др. См. К парламентским выборам в Армении – кто примет участие и кто имеет шансы? Не унаследует РПА и бренд прошлой власти. Если изначально право-консервативная диссидентская сила, боровшаяся за независимость и участвовавшая в Карабахской войне объединилась на 18 лет с властью, создала тождество РПА=власть, то этот бренд доживает последние дни. После выборов РПА уже никак не будет ассоциироваться с властью, внимание к ней будет снижено, и ее альтернативность действующей власти также не будет очень сильно интересовать избирателей. Хотя бы потому, что ресурсов на подобающее противостояние у нее нет и не будет. Однако это не означает, что РПА не сумеет себя поставить в качестве основной оппозиционной силы на будущее – возможно, так и будет, но точно не сразу. Поэтому бренд «РПА» создается заново, новыми людьми, уже не Галустом Саакяном, а, скажем, Арпине Ованнисян и Вигеном Саргсяном, которые вообще-то недавно вступили в партию.

С другой стороны, следует отдать должное стойкости партии, в частности, того состава, который сегодня ее представляет. Они остаются в партии несмотря на прямое давление со стороны нынешней исполнительной власти и давление со стороны улицы, выражающееся в акциях у домов членов РПА и оскорблениях с акций протеста и в интернете. И уже во многом РПА преодолела ненависть общества. РПА по-прежнему не любят, но уже не так ненавидят. И это для них определенный задел. В этом смысле стало понятнее, почему РПА хотела потянуть время до середины 2019 года. В то же время, они переоценили свои силы и попытка потянуть время так сильно была ошибкой в любом случае.

 

Общественное мнение и пиар-стратегия РПА

Согласно одному из новых соцопросов, которые я еще не разбирал, 61% заявили, что они не собираются голосовать за РПА, что больше чем у всех остальных. Рейтинг РПА на уровне 2%. Многие избиратели вовсе не готовы признавать, что они голосовали за РПА в прошлом году. См.     Предвыборные соцопросы в Грузии и Армении. Как голосовали и как проголосуют избиратели.

Однако в РПА, с потерей медиа-ресурса, решили вступить в публичное поле так, как это делал Пашинян ранее. В частности, они стали записывать видеообращения в соцсетях, активно комментируют события, выступают во всех возможных передачах и координируют свою пиар-стратегию между собой.

Наибольшую популярность приобрел Эдуард Шармазанов, который на практике решил воплотить фразу маркетологов, что «плохой пиар – тоже пиар». У Шармазанова самый высокий отрицательный рейтинг среди всех публичных республиканцев, поскольку именно он годами был пресс-спикером партии и говорил от ее имени. В обществе он воспринимался как человек, который лакирует действительность и покрывает коррупционеров. Однако уже сейчас среднее число просмотров видео на его странице в Фейсбуке составляет 40 тысяч, причем видео выходят с регулярностью 1 в день. У Никола Пашиняна среднее число просмотров – около 200 тысяч, так что соотношение всего 1 к 4. Да, многие смотрят Шармазанова потому, что знают его, потому что все еще считают, что какая-то власть у РПА и потому, что им просто интересно, а не потому что поддерживают. Но в смысле медиа для политиков главное – узнаваемость и присутствие, а индекс отношения можно сформировать, если ты «в обойме». Это доказывает Саакашвили, потерявший власть шесть лет назад, но сохранивший присутствие в медиа и уже через два года может всерьез попытаться вернуть власть. См. 13 причин, почему Зурабишвили-Иванишвили проигрывают на президентских выборах.

Занятно, что медиа-активность представителей новой власти активно снижается. В общем-то, это логично – чем больше они работают и чем больше становятся властью, тем меньше у них времени, сил и желания торчать в соцсетях. Кроме того, у них есть риск нарушить субординацию, поскольку сегодня медиа-активность – прерогатива премьер-министра Никола Пашиняна. По тем же причинам, ранее была низкой медиа-активность РПА и по мере их перемещения в оппозицию, их медиа-активность растет. Это я к тому, что очень существенная часть деятельность прошлой оппозиции и прошлой власти, также, как и нынешних оппозиции и власти, была обусловлена их позицией и должностями.

Стоит отметить несколько вещей из пиар-стратегии РПА. Во-первых, РПА не использует свой бренд и мало использует лица прошлого режима на своих постерах – это черно-белые постеры, мотивированные собрать всю оппозицию Пашиняну. Во-вторых, РПА радикально повысила уровень открытости и даже выставила свою программу на предварительное обсуждение. В-третьих, представители РПА идут даже на самые заштатные ток-шоу и ведут пиар-кампанию открыто, с поездками в регионы, пытаются собрать максимально возможное число людей. И наконец, в-четвертых, РПА целится прямо в Никола Пашиняна, не в его окружение. Кстати, последнее не вполне выгодная стратегия, поскольку рейтинг Пашиняна раза в два превышает рейтинг его окружения и поэтому, возможно, вернее было бы целиться в его окружение.

Сказать, каким будет процент рейтинга РПА в будущем – решительно невозможно, период активной и турбулентной политики еще не завершен, хотя и уже идет к концу. Поэтому можно лишь зафиксировать, что пока что РПА выжила и осталась на плаву и все еще борется за то, чтобы пройти в будущий парламент. После парламентских выборов, в течение примерно месяца-двух сложится совершенно другая картина внутренней политики, что потребует отдельного описания. Но высокое недоверие к РПА все еще остается проблемой для этой партии и будет сдерживающим фактором для ее роста. Единственное, что можно сказать, что уже произошло и является несколько обнадеживающим для них – это смена общенациональной повестки в сторону новых вопросов, по которым общество ожидает решения уже от Никола Пашиняна.

Дополнение. РПА сегодня vs РПА в прошлом

Выше уже сказано, что нынешняя РПА не эквивалентна той системе власти, которая существовала до апреля. Я наткнулся на список претендентов от РПА на парламент в 2012 году. В принципе, уже не так мало времени прошло - 6 лет, но самое главное, что изменилось, это то, что РПА больше не власть, и олигархи больше не с ними. Причем многие олигархи "отвалились" еще в 2016 году, но именно после революции это приняло законченный характер. Тогда в своем блоге я назвал это "Гахнамак-2012" (при армянском царском дворе существовал табель о рангах крупнейших феодальных родов, который назывался "Гахнамак"; также существовал "Зоранамак", где было отмечено, сколько человек может мобилизовать тот или иной феодал). Итак, вот этот список:

1. Серж Саргсян (президент Армении).
2. Овик Абрамян (бывший спикер парламента, руководитель предвыборного штаба РПА).
3. Тигран Саркисян (премьер-министр Армении).
4. Тарон Маркарян (мэр Еревана).
5. Самвел Никоян (спикер парламента).
6. Грануш Акопян (министр диаспоры).
7. Галуст Саакян (руководитель парламентской фракции РПА).
8. Размик Зограбян (замред партии).
9. Гагик Минасян (глава парламентской комиссии по финансово-кредитным и бюджетным вопросам).
10. Гагик Бегларян (экс-мэр Еревана).
11. Эрмине Нагдалян (депутат парламента).
12. Армен Ашотян (министр образования и науки).
13. Давид Арутюнян (глава парламентской комиссии по государственно-правовым вопросам).
14. Эдуард Шармазанов (вице-спикер парламента).
15. Манвел Григорян (бывший заместитель министра обороны, председатель Союза добровольцев «Еркрапа»).
16. Шушан Петросян (Заслуженная артистка Армении, певица).
17. Арташес Гегамян (глава партии «Национальное единение»).
18. Хосров Арутюнян (глава Христианско-демократической партии).
19. Гайк Бабуханян (глава партии «Союз «Конституционное право»).
20. Ара Баблоян (руководитель парламентской комиссии по вопросам здравоохранения, материнства и детства).

Поскольку тогда РПА была властью, в этом списке - значительная часть самых влиятельных в то время людей. Возможно, из них не хватает Сейрана Оганяна, Владимира Гаспаряна и Самвела Алексаняна, возможно также Микаела Багдасарова и Карена Карапетяна, отсутствовавшего из страны. У нас также есть новый список из 125 человек.

Из старой первой десятки в новом списке есть только Гагик Минасян, он на 14 месте. Из второй десятки уже в новом списке больше людей - это Эрмине Нагдалян (на 20 месте), Армен Ашотян (на 5 месте), Эдуард Шармазанов (на 6 месте), Шушан Петросян (на 16 месте), Арташес Гегамян (10 место), Айк Бабуханян (15 место). Если условно проходной считать первую десятку, то из прошлой двадцатки в нынешней десятке 3 человека, а если смотреть на наложение двадцаток, то это пять человек. Но самое существенное это то, что на первом месте в списке и де-факто, пусть еще и не де-юре, лидер партии - Виген Саргсян, который тогда вообще не был членом партии. На втором месте сейчас Арпине Ованнисян, которая тоже новая в партии. А на третьем - уже упомянутый Давид Шахназарян, который вообще не член партии.

Погода на Кавказе
Android badge Ios badge
TopList