апр. 12 2011, 10:26

"Воровство - вопрос не кавказский. Это вопрос российский"

Как убедить инвесторов вложиться в туристическую инфраструктуру Кавказа, а туристов - не бояться пользоваться этой инфраструктурой, что делать с ваххабитами и "антиваххабитами", как убедить кавказцев и русских уважать друг друга - в интервью полпреда президента на Северном Кавказе, вице-премьера российского правительства Александра Хлопонина "Кавказскому узлу" и "Газете.Ru".

Читайте на "Кавказском узле" полный текст интервью.

Роман Баданин (Р.Б.): - Есть противоречивые сведения о судьбе Доку Умарова. Если есть данные, которые готовы к обнародованию, и Вы их знаете…

- Знаю, что это была хорошо спланированная операция спецслужб, тот случай, когда очень хорошо сработала координация всех правоохранительных органов на территории Ингушетии. Во избежание потерь был нанесен удар. Вы знаете, какая воронка образовалась после удара?

К сожалению, мы все-таки допустили ряд просчетов. Пострадали и погибли наши граждане - представители правоохранительных органов понесли потери. Есть предположение, что там может быть Доку Умаров, но сейчас понятно, что без соответствующей экспертизы делать это слишком громкое заявление нельзя, а экспертиза потребует времени.

Р.Б.: - Ситуация в Кабардино-Балкарии накалилась. Произошла атака на туристическую инфраструктуру региона, убиты туристы, приехавшие на Эльбрус из Москвы. Каковы итоги расследования? Исключена ли версия коммерческих разборок?

- Не могу обозначать версии, могу сказать только, что у меня там был серьезный разговор.

Я сказал местным жителям и бизнесменам, что у меня очень много вопросов по поводу того, почему вот эту канатку взрывают, а вот эту не взрывают, почему эти санатории трогают, а эти не трогают? Я владею точной информацией, каких предпринимателей и чиновников боевики обкладывают данью. Я, конечно, понимаю, что легче заплатить и жить спокойно, ждать туристов, чтобы, когда они приедут, развивать свой бизнес. Но каждый рубль, который он дает террористам, - это смерть гражданина РФ на Кавказе, в Москве, в других городах.

Идет расследование, идет контртеррористическая операция в Эльбрусском районе. Контртеррористическая операция будет завершена в тот момент, когда мы окончательно будем уверены, что люди могут спокойно приезжать, отдыхать и ничего им не угрожает. Когда это закончится, решит оперативный штаб.

Р.Б: - У вас были претензии к органам исполнительной власти КБР и лично к президенту республики?

- Не было. Настолько, насколько они могут справляться со своими обязанностями, - они это делают.

Р.Б.: - А в чём тогда причина активизации подполья именно там и именно сейчас?

- Вы знаете, что Шамиль Басаев в своё время заявил, что у него Баксан был излюбленным местом отдыха. И он сказал: "Я создал там такую систему, что она будет аукаться ещё лет 20 в России". Прохлопали ту систему, которую он создал.

А что касается президента Арсена Канокова… Человек, который имеет бизнес немалый, всегда находится под подозрением, под тройным контролем. Я слышу отзывы, что Каноков скупил всю республику, что он захватил все бизнесы, что он не даёт развиваться другим. Даже пошли слухи, что он платит бандитам, чтобы его не трогали. Я проверяю серьёзно эти факты. Для меня это очень важно. Я - не брат и не сват нашим губернаторам. Я отдаю себе отчёт, что такое Кавказ и что такое руководитель на Кавказе. Но мне на 100 процентов известно, что Каноков никогда не платил, и не будет платить боевикам. Мы очень внимательно эту тему изучали.

И в целом, я считаю его достаточно профессиональным управленцем. Я считаю, что он очень амбициозен в плане своего статуса и компетенции.

А то, что, конечно, на Кавказе есть перегибы с бизнесом, - очевидно. Будем выправлять эту ситуацию. Говорить, что Каноков не делает этого,  - неправильно.

Григорий Шведов (Г.Ш.): - А новый лидер Дагестана (президент республики Магомедсалам Магомедов)?

- Да, абсолютно новый человек. Хотя за ним всё равно будет тянуться шлейф его отца, шлейф зависимости от Сулеймана Керимова, от других бизнесменов. У нас любят вешать ярлыки. Я сам 10 лет избавлялся от ярлыка "Потанина с Прохоровым".

Все у нас имеют свои шлейфы, но я вижу прекрасно, что, не облокотившись на бизнес в Дагестане, ничего не получится. Ему так или иначе надо выстраивать отношения с представителями бизнеса. Он их и выстраивает нормально, достаточно эффективно.

Магомедсалам, правда, старается. Он не боится ездить в территории. Встречается с населением. Я ему тоже говорю: "Слушай, ты не боишься - это здорово. Только теперь выходи из джипа и начинай заходить в торговые точки. Остановись на перекрёстке на улице, подзови к себе людей, задай им вопросы". Надо, чтобы власть общалась с населением. На протяжении многих лет у нас они сидели в кабинетах - никто не общался с населением. Ребята, поверьте, для Кавказа институция гражданского общества - это вообще новое.

Особые экономические зоны

Г.Ш.: - Стратегия развития Северного Кавказа, которая принята при вас, упоминает проект создания особых экономических зон (ОЭЗ). Известны все территории, которые в них войдут?

- Сегодня создана корпорация "Курорты Северного Кавказа" с государственным участием. В бюджете ее заложено 60 млрд  рублей. На что? На развитие внешней и внутренней инфраструктуры, под проекты горнолыжного кластера.

Сейчас мы туда добавляем Кавказские Минеральные Воды. Хотим КавМинВоды, - всю эту зону - сделать проектом, где создать единую управляющую компанию, разобраться с собственностью - федеральная, не федеральная. Разобраться с самой главной вещью: с ресурсами, минеральной водой - грязи, энергетика, вода питьевая и так далее. Я как копнул туда, чуть с ума не сошел. Я сложить не могу одно с другим - а потом удивляемся: почему здесь не ничего не работает, почему развалены профсоюзные санатории, развалены санатории разных форм собственности.

Поставили задачу: 2,5 млн туристов в год сюда привлечь. Это абсолютно реально.

Также не закончилась дискуссия до сих пор, делать здесь игорный бизнес или нет. Половина народа говорит: "хотим!", другие говорят: "да вы что? это же курортная зона, здесь другое должно быть!".

Г.Ш.: - А вы хотите?

- Я - нет. У меня особая позиция. Я вообще считаю, что богатые люди найдут, где поиграть в казино, сядут в самолет и полетят в Лас-Вегас.

Р.Б.: - В чем суть налоговых послаблений в курортной ОЭЗ?

- Был сценарий "сколковский" - принятие спецзакона образца Сколково о либерализации федеральной части налогов. Другая модель - финансирование корпорации "Курорты Северного Кавказа", выделении ей денег на финансирование инфраструктуры. В Сколково нет "Курортов Северного Кавказа", нет компании, которая финансирует развитие инфраструктуры. Там суть - в снижении налогообложения. Здесь - концепция другая, здесь государство будет снижать нагрузку в части налогов, условий кредита, а также за счет вложения денег в инфраструктуру. А вложение в инфраструктуру - одно из самых дорогостоящих.

Например, во Франции курорты делались по-другому. Государство всё построило само, включая подъемники, а дальше сдавало это в концессию. После строительства подъемников и сдачи их в концессию управляющей компании стал развиваться бизнес -строились мотели, начала вокруг развиваться инфраструктура. Мы пока идем по "половинчатой" модели. Вкладываем деньги не в подъемники, а в энергетику, дороги, водоснабжение, канализование. Тоже достаточно дорогое вложение. А частник уже вкладывает в подъемники, в гостиницы, в санатории и т.д.

Р.Б.: - Административные послабления - например, разрешительных процедур при входе в бизнес - у вас предусмотрены?

- Мы пока находимся в стадии разработки, за основу взяли турецкую модель. Турки развивали так называемые промпарки, и таким образом преодолевали отсталость территории с точки зрения людей и профессионализма. Там создавались определенные условия как раз для тех компаний, которые готовы в эти промпарки инвестировать, - современное оборудование, помещения, подготовку специалистов. Примерно та же модель, как в Сколково. Мы тоже об этом думаем.

Сразу возникает вопрос "входного билета" - кто имеет право? Если у нас в Сколково окажется зарегистрированным "Норникель", то мы долго с вами будем смеяться о том, что сотворили. Нужно решить, как сделать прозрачным "входной билет" -  например, сделать обязательным условием создание 35 или может быть 100 новых рабочих мест для вхождения в проект.

Р.Б.: - Пример территории под промпарк?

- Промпарк должен быть в Дагестане, точно должен быть в Чеченской Республике и в Ингушетии. И еще разумно было бы создать в Кабардино-Балкарии. Чем депрессивнее территория, тем выше необходимость создания промпарка.

Г.Ш.: - В стратегии заявлены очень большие инвестиции в туркластер, Общая смета строительства достигает 451,44 млрд руб., из которых государство вкладывает 60 млрд. Сообщалось об интересе Credit Suisse и инвесткомпании Invest AD (ОАЭ) к созданию курортов. Однако в январе 2011 года на форуме в Давосе Вы заявили, что Северный Кавказ является "стабильно напряженной территорией", и это может повлиять на инвестклимат. Насколько подтверждается интерес этих инвесторов?

- Абсолютно подтвержденная информация. Вопрос только в том, что все они готовы работать по принципу поставки оборудования. Поставляя оборудование, они практически не несут никаких рисков. Говорят: "Мы заинтересованы, чтобы наша компания повесила там свой флаг". Компания "Доппельмайер", к примеру, говорила о готовности поставить канатные дороги, люльки.

Г.Ш.: - Вы не согласны на инфракструктурную модель?

- Это модель продвижения собственной продукции. А когда начнешь говорить о строительстве у нас завода по производству канатов, они начинают дергаться. С этого всегда все начинается. Понимаете, затащив их чуть-чуть, мы дальше двинемся вперед.

В Кабардино-Балкарии есть инвесторы, есть интересант, в Чеченской Республике тоже. Я не могу называть этих предпринимателей, пока они не подписались под этим проектом, но они уже готовятся - частные российские инвесторы. По Дагестану известные нам дагестанские олигархи готовы реально вкладывать собственные деньги в реализацию проекта, они подписались.

ГШ: - Не только Сулейман Керимов?

- Не только, у нас много… Хуже с Ингушетией, там меньше.

Р.Б.: - А Михаил Гуцериев?

- Он считает, что не готов пока. Но это все дело времени.

Понятно, что часть торгуется. Многие  богатые выходцы с Кавказа в Москве считают, что они умнее Папы Римского. Чтобы они вложились в собственную территорию, в собственные блага, их надо еще уговаривать. А я не должен их уговаривать. Я говорю: "Такое впечатление, что мне нужно это больше, чем вам. Разве тут мои родители, предки похоронены, а не ваши? Ну, это вам решать, уговаривать, бегать за вами я не буду".

Я им пытаюсь пояснить: "Сложно побудить иностранцев вкладывать сюда деньги, если вы сюда не вкладываете".

Г.Ш.: - Что-то можете рассказать о конкретных курортных проектах?

- Готов к реализации проект совладельца "Трубной металлургической компании" Дмитрия Пумпянского в Архызе. Остальные находятся в стадии соглашений, переговоров.

Но, чтобы договариваться, нам нужно определиться с туристической концепцией.

Я сейчас здесь встречался с Armani Group, которые занимаются проектированием отелей, - известные архитекторы, специалисты.  "Ну, что, - говорят, - вы творите в Сочи? Вы очередной европейский курорт строите, на который никому не интересно будет ездить. Пытаетесь построить шале, подъёмники. У нас всё это есть уже. При этом есть у вас шикарный Кавказ, с его нетронутостью, с его дикостью профессиональной, красотой неописуемой. Возьмите эти ваши аланские храмы, аланские смотровые башни и в их стиле сделайте отели, которые бы отражали это. И сюда все попрут, потому, что интересно посмотреть".

ГШ: - Так сделайте.

- Они делают. На территории Кавказа уже запланированы три их спа.

Г.Ш.: - Не менее важная, чем угроза терроризма, причина не лучшего инвестклимата, - то, что воровали и воруют. Начало ли что-то меняться - порядок в контрольно-надзорных органах, в эффективности трат?

- Услышите и увидите в ближайшее время. Просто очень много моментов, которые я не могу до завершения следствия рассказывать.

Если раньше мне становилось просто смешно от отчетности правоохранительных органов, которые отвечали за противодействие коррупции, то сегодня могу сказать, что, наверное, в этом году показатели будут мощнее, чем в любом другом регионе РФ - по качеству выявления этих фактов и, самое главное, в наказании тех, кто совершил преступления.

Г.Ш.: - Включая самые верха?

-  Очень большие верха.

Г.Ш.: - Есть осознание, что громкие расследования улучшат инвестклимат здесь?

- Я вам больше скажу, я сам заинтересован в этом. Я должен показать, что есть динамика. Никто не хочет опять забросать Кавказ деньгами. Из 50 миллиардов госгарантий, которые зарезервированы для инвесторов в курортные зоны, ни копейки самим кавказским территориям не дается. Это гарантия государства, что оно готово разделить риски с инвестором и банкиром, которые вкладывают деньги. Никто денег так республикам уже давать не будет. Ребята, работайте, привлекайте бизнес… Не занимайтесь освоением без того скудных бюджетов.

А воровство - это вопрос не кавказский. Это вопрос российский. Думаю, мы очень серьезно и долго будем разбираться с итогами строительства в Сочи, АТЭСа, и задавать много вопросов по этому поводу, к Кавказу не имеющему никакого отношения.

Р.Б.: - А то, что Москва забрасывает Северный Кавказ деньгами, - стереотип?

- Меня очень смущает позиция, что мы забросали Кавказ деньгами. Абсолютно неверное мнение!

Мы сейчас завершаем оценку использования с 2008 года федеральных бюджетных средств на территории округа. За этот срок было потрачено 74 млрд федеральных ресурсов. Это не такая и большая сумма, как вам кажется.

Львиная доля этих денег - восстановление Чечни. Кроме того, с точки зрения дотационности, у нас огромное количество других субъектов, которые более дотационны, и денег туда выделяется не меньше. Есть нормативы Минфина, которые определяют объем дотаций, который нужно выделять из бюджета. И говорить, что у нас сегодня выделяется больше этого норматива, - лукавство.

Наоборот, у нас сегодня деньги недовыделяются. У нас средняя зарплата в бюджетной сфере гораздо ниже, чем в среднем по России.

Но на эти 74 млрд мы построили 86 общеобразовательных учреждений, 86! Это порядка 23 тысяч учебных мест. 44 объекта здравоохранения на 3 тыс. коек, 250 километров дорог. Были газифицированы села, обеспечены водой села Правобережного района Осетии, Дербент, Зеленчукский район КЧР. То есть, по большому счету, деньги были потрачены на дело.

Р.Б.: - У вас как вице-премьера есть удовлетворение тем, как федеральные органы власти работают с Кавказом?

- Вот лишь один пример. По проекту единого сельскохозяйственного бренда Северного Кавказа главным исполнителем выступает Минсельхоз. Спрашиваю несколько дней назад: "Что министерство сделало?". "Мы разрабатываем". Говорю: "Времени у вас осталось мало, если нет, то будем ставить вопрос о соответствии министра занимаемой должности".

Р.Б.: - Виктор Зубков, вице-премьер, курирующий сельское хозяйство, что думает?

- Зубков поддержал.

Р.Б.: - Когда срок?

- Срок - второй квартал. Второй квартал наступил. До конца второго квартала уже должна быть конкретная программа - с планом действий, мероприятиями, деньгами, которые планируются по бюджету. Заверяют, что работают, просто не показывают. Ну, покажите. Посмотрим.

Бренд "Северный Кавказ"

Александр Хлопонин: "Хорошая идея - создание бренда Северного Кавказа. Любая сельхозпродукция, качественно произведенная, должна носить бренд Северного Кавказа, который и надо раскручивать. Сделать так, чтоб эта продукция продавалась как самая экологически чистая и самая, так сказать, правильная. Под брендом начнут раскручиваться также сельхозпроизводители, переработчики сельхозпродукции. Будем собирать продукцию у мелких фермерских хозяйств.

Заходите в магазин, и видите отдельный павильон, прилавок, где написано "Экологически чистая продукция с Кавказа". И неважно, откуда. И пусть там будет вода "Архыз", овощи упакованные, расфасованные.

Сделать в Ставрополе, в Кавминводах логистический центр, который бы принимал продукцию, перерабатывал, красиво упаковывал под нашим брендом, имел бы конкретные долгосрочные договоры с крупнейшими точками по распространению. Всё".

Полный текст

Комментарии (1)

Android badge Ios badge
TopList