май 16 2016, 18:26

Джихад на экспорт? Северокавказское подполье и Сирия

В результате разгрома северокавказский джихад перестал «вдохновлять» радикалов. ИК утратил свою харизму, когда стало ясно, что, несмотря на угрозы Докку Умарова, Имарат оказался неспособен сорвать Олимпиаду. Сам Умаров был отравлен в результате спецоперации российских силовых структур за шесть месяцев до Игр в Сочи и умер 30. Объявив об этом только после Олимпиады в марте 2014 года, ИК избрал нового лидера — Алиасхаба Кебекова. Будучи скорее радикальным исламским клириком, чем боевиком, он строго ограничил методы ведения джихада, запретив самоподрывы смертников, нападения на гражданское население и их дома, а также участие женщин 31. Эти ограничения привели к отчуждению более радикальной и криминальной части подполья. Пропагандисты ИГ (организация признана в России террористической, ее деятельность запрещена судом - прим. "Кавказского узла") насмехались над северокавказскими боевиками за то, что те «едят листья в дагестанской глуши», в то время как они ведут «пятизвездный джихад» в Сирии 32. Сотни человек отправились туда на джихад; в основном — новобранцы, потому что тем, кто уже находился в подполье, было трудно пересечь границу.

B. От регионального джихада к глобальному

Оказавшись под сильным давлением силовиков, дагестанские салафитские лидеры, включая умеренных, не могли продолжать свою деятельность на родине. Многие уехали, в основном в Турцию. ИГ (организация признана в России террористической, ее деятельность запрещена судом - прим. "Кавказского узла") пыталось целенаправленно вербовать влиятельных фигур, харизматических проповедников с социальным капиталом, как на самом Северном Кавказе, так и среди выходцев с Северного Кавказа в Турции. По словам салафитского лидера, «ИГ пыталось создать ощущение, что все сливки нации уже с ними» 33. Интеллектуал-салафит, отказавшийся от сотрудничества с ИГ в Стамбуле, подтвердил, что «они систематически охотятся за мозгами» 34.

Некоторые лидеры радикализовались и примкнули к ИГ (организация признана в России террористической, ее деятельность запрещена судом - прим. "Кавказского узла"). Одной из самых заметных фигур стал Камиль Султанахмедов (Камиль Абу Султан), который в 2013–2014 годах жил между Турцией и Дагестаном, пока в России против него не возбудили уголовное дело. Пользовавшийся популярностью среди молодежи, он участвовал в диалоге между салафитами и республиканскими властями, часто наведывался в Москву, общался с федеральными экспертами, в том числе Национального антитеррористического комитета. «Поначалу он был резко против ИГ, смеялся над ними, а потом начал меняться […] Он очень эмоциональный и стал жертвой их пропаганды», — рассказал его бывший коллега. Камиль — выходец из вполне состоятельной семьи с юга Дагестана, обладающей неплохими связями. Он учился в ОАЭ и Египте, однако не окончил курс обучения. Амбициозный, но с недостаточным образованием, он решил, что ИГ может стать для него привлекательной альтернативой, после того, как против него завели уголовное дело и он стал невъездным в Дагестан 35.

ИГ (организация признана в России террористической, ее деятельность запрещена судом - прим. "Кавказского узла") перетянуло на свою сторону еще двух салафитских звезд: харизматичного Надира Медетова (Надира Абу Халида) и Ахмада Мединского. Эти прежде не призывавшие к насилию популярные лидеры дагестанских салафитов уехали в 2015 году, после того как заметно радикализовались на родине. И хотя к тому времени законопослушная салафитская община дистанцировалась от этих лидеров, многие из их последователей поддержали своих шейхов либо «умом и сердцем», либо физически присоединившись к джихаду в Сирии 36.

Другая категория выходцев с Северного Кавказа, которые откликнулись на призыв к джихаду в Сирии, — радикалы, последние годы проживавшие в диаспорах. На протяжении последних десяти лет многие северокавказские салафиты, особенно те, у кого были проблемы с силовыми структурами, переселялись в Турцию и на Ближний Восток, преимущественно в Египет, что было предпочтительнее: дешевле и безопаснее. Салафитский активист пояснил: «В Египте можно с женой прожить на 300 долларов в месяц. Многие ехали туда, чтобы изучать арабский язык и Коран, и там оставались» 37. Часть радикализовалась в Египте, часть присоединилась к джихаду из Турции, куда многие переселились после свержения правительства «Братьев-мусульман» (организация запрещена в РФ) в 2013 году 38.

Большинство новобранцев из диаспор — глубоко религиозные салафиты, когда-то столкнувшиеся с давлением силовых структур на родине. Однако есть среди них ветераны или пособники северокавказского подполья, бежавшие от уголовного преследования либо эмигрировавшие сразу после отбывания непродолжительного наказания. Сирия дала им возможность продолжать вооруженную борьбу, поскольку джихад на Кавказе для них был уже закрыт: по возвращении в Россию они сразу оказались бы за решеткой.


Полный текст

Комментарии